Хищение предметов, имеющих особую ценность

Актуальность темы. В настоящее время очень сложно переоценить роль культурных ценностей в развитии науки, искусства, образования или культуры как для отдельных государств, так и для всего мирового сообщества. Безусловно, дальнейшему социально-экономическому прогрессу общества способствует приобщение к ценностям культуры, что расширяет знания о прошлых и современных цивилизациях, обогащает культурное наследие народов и народностей. В этой связи каждое государство, рассматриваемое отдельно, призвано выполнять возложенные на него моральные обязательства как в отношении своего собственного культурного наследия, так и в отношении культурного наследия других народов и наций.

Перед современным российским государством стоит серьезная проблема сохранения культурного наследия народов и народностей. Поэтому наше государство обязано защищать культурное наследие от всех видов незаконной узурпации, в том числе преступной. Таким образом, статья 44 Конституции Российской Федерации провозглашает, что «каждый имеет право участвовать в культурной жизни и пользоваться учреждениями культуры, иметь доступ к культурным ценностям».

В настоящее время мы сталкиваемся с огромным ростом интереса преступников к культурным товарам. Их незаконный оборот стал одним из стабильных секторов организованной преступности, приносящим очень значительные доходы. Следует отметить, что приобретение этих активов представляет собой очень выгодное вложение капитала и временами действует как средство легализации доходов, полученных незаконным путем субъектами преступного мира. В связи с этим предметы или документы, представляющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, в значительных количествах похищаются из художественных галерей, музеев, депозитов, библиотек. Более того, они не только уничтожаются вандалами, но и становятся объектом пристального и пристального внимания контрабандистов.

Следует обратить внимание на некоторые аспекты социальной опасности преступлений против культурного наследия. Во-первых, достижения государства в культурном направлении существенно влияют на его престиж в мировом сообществе. Таким образом, неспособность государства защитить свои ценности, свою культуру свидетельствует, среди прочего, о его неспособности занять свое законное место в мире. Поэтому, для современного Российского государства защита собственного культурного наследия, создающего имидж государству на международной арене, представляет собой важнейшее направление деятельности, реализация которого позволит занять нашей стране одно из лидирующих мест в мире.

11 стр., 5148 слов

Культура и цивилизация: соотношение понятий

... культуры и цивилизации. культура цивилизация типология 1. Доминирующая культура, субкультура и контркультура Культурное пространство внутри любого социального организма крайне неоднородно. Для воссоздания объективной картины того или иного социума следует оперировать такими категориями, как ...

также нельзя игнорировать внимание и культурное воспитание человека и гражданина. На наш взгляд, это должно быть приоритетным направлением деятельности государства. невозможно воспитать патриотизм, особенно среди молодого поколения, без знания истории и культуры своего народа. В связи с этим современные государства активизируют свою деятельность, направленную на сохранение и приумножение культурного наследия, поскольку оно было приобретено трудами самых выдающихся граждан и передано из поколения в поколение.

Актуальность проблемы определяется не количеством преступлений, а объектами узурпации. Меняются и способы совершения преступлений. Действующее российское уголовное законодательство предусматривает ответственность за ряд посягательств на культурные ценности, в частности за хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, предусмотренное в ст. 164 УК РФ; контрабанду культурных ценностей, ответственность за которую установлена в ч. 2 ст. 188 УК РФ; невозвращение на территорию РФ предметов художественного, исторического и археологического достояния народов РФ и зарубежных стран (ст. 190 УК РФ), уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ).

Проведенное в 2010 году социологическое исследование состояния и динамики контрабанды культурных ценностей путем изучения материалов уголовных дел, а также методом контент-анализа показало, что «в 17 из 25 изученных случаев контрабанде подвергались иконы, а также предметы религиозного культа, еще в 5 случаях — ордена и медали, в 2 случаях — старинные фолианты, 1 случай вывоза погон адмирала. Исследование также показало, что только в 4 из 25 изученных нами случаев культурные ценности не были в обычном багаже, мы пытались их скрыть».

Детальный анализ статистических данных показал очень высокую латентность рассматриваемых преступных действий. При этом следует учитывать, что сотрудники компетентных организаций, индивидуальные владельцы культурных ценностей не заинтересованы в предании гласности соответствующих дел. Кроме того, некоторые владельцы не осведомлены о качествах и свойствах конфискованных у них предметов, халатно ведут учет и сохраняют культурные ценности.

Таким образом, при определении состояния и динамики незаконного оборота культурных ценностей выделяются следующие отличительные особенности. Во-первых, на стабильном уровне остается количество попыток совершения указанных преступлений; во-вторых, налицо высокая латентность деяний, связанных с незаконным оборотом культурных ценностей. В-третьих, возросшая общественная опасность этих преступлений. В-четвертых, очень часто эти преступления совершаются при соучастии даже организованными группами. Поэтому недостаточная изученность в теоретическом и эмпирическом аспекте содержания составов и вопросов квалификации хищений предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность определяет выбор данной темы дипломной работы.

Актуальность исследования определяется, в первую очередь, тем, что некоторые вопросы уголовной ответственности за эти правонарушения требуют детального анализа. В частности, применительно содержания состава некоторые его аспекты требуют дополнительного исследования; остаются дискуссионными отдельные вопросов квалификации, что, безусловно, вызывает сложности в работе следственно-судебных органов. Кроме того, на наш взгляд, определенной корректировки требует уголовно-правовая норма, предусмотренная ст. 164 УК РФ.

9 стр., 4244 слов

Объект и предмет преступления

... а также субъективных признаков. Объектом исследования курсовой работы является понятие состава преступления, его структура. Предметом исследования курсовой работы является объект преступления, как один из элементов состава преступления. Цель — проанализировать объект преступления, как обязательный признак состава преступления. Для достижения поставленной ...

Следует отметить, что среди преступлений, входящих в компетенцию органов внутренних дел России, в январе-декабре 2010 г зафиксировано 3 246 случаев хищения особых ценностей.

Предметом исследования являются общественные отношения, возникающие в контексте реализации уголовного законодательства об ответственности за кражу предметов или документов, представляющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность.

Предметом исследования является действующее уголовное законодательство Российской Федерации, определяющее причины ответственности за хищение особо ценных вещей.

Цель исследования — провести уголовно-правовой анализ спорных вопросов квалификации хищения отдельных ценностей, его квалификационных видов и разработать предложения по совершенствованию уголовного законодательства.

Задачи исследования:

1. Рассмотрим исторические аспекты становления и развития уголовного законодательства России, регулирующего основания ответственности за хищение предметов особой ценности.

2.Исследовать особенности предмета и объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 164 УК РФ.

.Проанализировать субъективные признаки хищения предметов, имеющих особую ценность.

.Исследовать особенности уголовно-правовой квалификации хищения предметов, имеющих особую ценность, при отягчающих обстоятельствах.

Методологическая основа исследования. Основой работы стал диалектико-материалистический метод познания явлений объективной действительности. В рамках указанного метода нами применялись также историко-правовой, конкретно-социологический, формально-логический, системный и сравнительно-правовой методы исследования.

Эмпирическую основа работы. При проведении исследования мы использовали официальные данные статистики о преступлениях, связанных с незаконным оборотом предметов, имеющих особую ценность. Также эмпирическую базу работы составили материалы федеральной судебной практики, а именно постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации, обзоры судебной практики Верховного Суда Российской Федерации по рассматриваемым преступлениям, результаты изучения уголовных дел о преступлении, предусмотренном ст. 164 УК РФ, в субъектах Российской Федерации.

Структура исследования предопределена целями и задачами исследования. Дипломная работа включает в себя введение, три главы, заключение и список использованной литературы.

Глава I. Исторические этапы становления и развития уголовного законодательства России об ответственности за хищение предметов, имеющих особую ценность

Преступность появилась с возникновением государства, которому предшествовало возникновение частной собственности на орудия труда и средства производства и расслоение общества на антагонистические классы.

12 стр., 5518 слов

Квалификация грабежа, разбоя, хищения согласно Уголовному Законодательству РФ

... в сфере экономики». Видовым объектом хищений являются охраняемые уголовным законом отношения собственности, которые отражают состояние принадлежности материальных ... может квалифицироваться как кража, но способно влечь уголовную ответственность за уничтожение или повреждение чужого имущества, ... УК); грабеж (ст. 161 УК); разбой (ст. 162 УК). Таким образом, хищение — это родовое понятие преступлений, ...

Законодательство об ответственности за преступления, посягающие на предметы имеющие особую ценность в своем развитии прошло длительный этап эволюции. В источниках российского уголовного права досоветского периода ответственность за данные преступления не выделялась и регулировалась нормами ха конкретный вид хищения.

Основную идею Уголовного Уложения восприняли первые советские Уголовные кодексы 1922 и 1926 гг. Так, в них была предусмотрена единая уголовно-правовая охрана государственного, общественного и личного имущества и подразделении преступлений против собственности на хищения и иные посягательства.

Впервые в советском законодательстве Уголовный кодекс РСФСР 1922 года определил кражу как «тайное похищение имущества, находящегося в обладании, пользовании или ведении другого лица или учреждения» (ст. 180 УК РСФСР).

Указание на тайность как основной признак кражи содержалось также в Уголовных кодексах 1926 и 1960 гг. Попытка ревизии такого определения была предпринята лишь однажды. В Указе Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об усилении охраны личной собственности граждан» кража определялась как «тайное или открытое похищение личного имущества граждан», поглотив, таким образом, и грабеж без насилия. Оставляя в стороне вопрос о целесообразности объединения норм о краже и простом грабеже, а возможно, и всех ненасильственных форм хищения, мы должны отметить неудачность формулировки кражи как «открытого похищения».

Отличительной особенностью существенного порядка стали нормы УК РСФСР 1960 года. Дело в том, что довольно длительное время указанный правовой акт разграничивал посягательства на социалистическое (государственное или общественное) и личное имущество граждан. Таким образом, необходимость обеспечить повышенную охрану социалистической собственности выступала основополагающей идеей в указанный период времени.

УК РСФСР 1960 г. придал составу грабежа как открытого похищения без насилия либо с насилием, носящим не опасный характер для жизни и здоровья потерпевшего, самостоятельное значение. Это обстоятельство обусловило соответствующую трактовку кражи как тайного похищения имущества и разбоя, который рассматривался как «нападение с целью завладения имуществом, соединенным с насилием, опасным для жизни и здоровья потерпевшего» .

Долгое время общее понятие хищения имущества оставалось сугубо научной категорией и не содержалось в уголовном законе.

Однако Законом РФ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР» от 1 июля 1994 года определение хищения включено непосредственно в текст УК в виде примечания к ст.144 УК РСФСР.

Этот же законодательный прием использован в УК РФ 1996 г., где устанавливается, что «под хищением в статьях настоящего Кодекса понимается совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества».

6 стр., 2661 слов

Муниципальная собственность (имущество)

... 1. Понятие муниципальной собственности (муниципального имущества) В соответствии со статьей 215 Гражданского кодекса Российской Федерации под муниципальной собственностью понимается имущество, принадлежащее на праве собственности городским и сельским поселениям, а также другим муниципальным образованиям Муниципальная собственность - ...

Следует отметить, что с развитием законодательства, совершенствовались и понятия, относящиеся к имущественным преступлениям и ответственности за них. В частности понятие хищения от одного источника к другому прошло определенный путь эволюции и дошло до нас в том виде, который оно имеет в современном российском законодательстве и уголовном праве.

Следует выделить три основных периода в развитии отечественного законодательства, которое предусматривало основания уголовной ответственности за преступные посягательства на культурные ценности.

Первый этап. С 1 января 1961 г. до 1 июля 1994 г., существовала лишь одна уголовно-правовая норма, предусматривающая специальную ответственность за незаконный оборот культурных ценностей — ст. 230 УК РСФСР «Умышленное уничтожение, разрушение или порча памятников истории и культуры».

Как наиболее распространенный на практике и опасный вид преступных посягательств выделялось хищение культурных ценностей, ответственность за которое определялась на общих основаниях нормами УК РСФСР о хищениях общественной, государственной и личной собственности граждан. Определенные проблемы при квалификации рассматриваемых общественно опасных деяний создавало действовавшее ранее постановление ВНИК и СНК РСФСР от 8 апреля 1929 г. «О религиозных объединениях». Оно рассматривало имущество религиозных организаций и церквей, а также ценные предметы культа исключительно собственностью государства, а поэтому, соответственно предметом посягательства против социалистической собственности.

Так как в УК РСФСР по-разному решались вопросы ответственности за хищения в зависимости от вида собственности на предмет преступного посягательства, то основной вопрос, который приходилось решать при уголовно-правовой квалификации преступных деяний, связанных с оборотом культурных ценностей, это был вопрос о том, в чьей собственности находились указанные ценности.

Ситуация осложнилась с 1990 года, поскольку УК РСФСР и данное постановление ВНИК и СНК РСФСР, которые продолжали формально действовать, все же вступили в противоречие с принятыми вновь законами СССР «О собственности в СССР» и «О свободе совести и религиозных организациях», а также с позднее принятыми законами РФ и Конституцией РФ. Данное противоречие заключалось в том, что вновь принятые нормативные правовые акты устанавливали равенство и одинаковую защиту всех форм собственности, будь то частная, государственная или общественная.

Тем не менее, УК РСФСР все же продолжал ставить квалификацию преступления и тяжесть ответственности за его совершение в зависимость от формы собственности на предмет посягательства, например, по хищение любого предмета антиквариата из церкви рассматривалось как более тяжкое преступление при всех прочих равных условиях и, соответственно, подлежало квалификации по другой статье, в отличие от такого же хищения с аналогичным предметом, принадлежащим лично священнику той или иной церкви. Связано это было с тем, что церковное имущество объявлялось государственным, в соответствии с указанным постановлением ВНИК И СНК РСФСР, а УК РСФСР, при этом, считал приоритетной целью именно защиту государственного имущества.

16 стр., 7507 слов

Хищение чужого имущества

... хищения чужого имущества; ·рассмотреть общую характеристику хищения чужого имущества; ·выявить предмет хищения чужого имущества; ·определить виды хищения чужого имущества; ·дать уголовно-правовую характеристику каждой из форм хищения чужого имущества; ... посягательств на чужое имущество, что также проявляется в выделении квалифицирующих признаков. Актуальность данной курсовой работы заключается ...

Таким образом, изучив рассматриваемый нами этап развития уголовного законодательства, которое предусматривало ответственность за противоправные деяния в сфере оборота культурных ценностей, мы определили, что их уголовно-правовая защита была весьма неоднородной. Она ставилась в зависимость от формы (вида) собственности, а это, в свою очередь, привело к определенным сложностям при решении вопроса об уголовно-правовой квалификации совершенных преступлений.

Второй этап. Исследование данного этапа развития уголовно-правовых норм, определяющих ответственность за преступные посягательства на культурные ценности, позволила нам выделить весьма значимый правовой акт — Федеральный закон Российской Федерация от 1 июля 1994 г. № 10-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР». Указанным законом была введена специальные уголовно-правовые нормы в рамках ч. 1 ст. 78 УК РСФСР, где определялась ответственность за контрабанду культурных ценностей, а также невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран (ст. 782 УК РСФСР), хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 1472 УК РСФСР), умышленное разрушение, повреждение либо уничтожение предметов и документов, имеющих историческую, научную или культурную ценность (ст. 230 УК РСФСР).

При этом следует указать, что на данном этапе была усилена уголовная ответственность за хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную и культурную ценность независимо от способа совершения хищения. Законодатель, приняв эту норму, тем самым показывает своим отношением к способу совершения хищения, что общественную опасность данного деяния характеризует, прежде всего, сам предмет преступного посягательства. Поэтому, ему должна надлежащим образом обеспечиваться разная защита, независимо от иных обстоятельств и признаков.

Таким образом, дополнения, внесенные данным законом в ст. 71 УК РСФСР, отнесли указанное преступление к категории тяжких. Оценка законодателем как тяжкого преступления хищения предметов и документов, имеющих особую историческую, научную и культурную ценность нашла свое отражение в новой редакции ст. 10 УК РСФСР. Данная норма установила наступление уголовной ответственности за совершение общественно опасного деяния с достижением лицом возраста 14 лет. В дальнейшем в новой редакции ст. 36 УПК РСФСР было определено, что дела о преступлениях, предусмотренных ст. 1472 УК РСФСР, относятся к подсудности краевого, областного, республиканского судов, а также судов автономной области и автономного округа.

Благотворное влияние указанного нормативного правового акта на правоприменительную практику по исследуемой категории дел, выразилось в том, «что из круга обстоятельств, влияющих на квалификацию хищений культурных ценностей, был исключен вопрос о виде собственности на них. Поэтому этот нормативный акт снял фактическое противоречие УК РСФСР Конституции Российской Федерации», предусматривающей в свою очередь равноправие всех форм собственности.

Таким образом, следует отметить существенное законодательное расширение возможностей правоохранительных органов в рамках их деятельности, направленной на борьбу с преступными посягательствами на объекты, имеющие особую ценность. Поэтому не случайно одним из разработчиков и инициаторов принятия соответствующей его части явилось ГУУР МВД России, организующее работу повседневного характера по раскрытию этих противоправныхдеяний.

16 стр., 7587 слов

Понятие и виды преступлений против собственности по Уголовному праву России

... собственности. Целью представленной работы является изучение понятия, признаков, форм и видов преступлений против собственности, предусмотренных уголовным законодательством Российской Федерации. Исходя из представленной цели, задачами являются: изучить понятие, признаки и виды преступлений против собственности; изучить понятие и признаки хищения, рассмотреть их формы и виды; ...

В развитии уголовного законодательства на третьем этапе, следует указать, что ответственность за преступления, направленные на исторические, научные, художественные и иные культурные ценности, существенно изменилась 1 января 1997 года, что связано со вступлением в силу Уголовного кодекса РФ 1996 года.

В УК РФ 1996 года в соответствии с ФЗ от 08.12.2003 № 169 — ФЗ, последующий ФЗ от 07.03.2011 № 26 — ФЗ нормы, предусматривающие ответственность за рассматриваемые деяния, несколько видоизменились, став более четкими и полными.

Предложения о необходимости употребления подобного термина при определении понятия хищения существуют в науке и в настоящее время. В этой связи, О.В. Белокуров определял, что «вместо слов «изъятие и (или) обращение» следует употребить термин «завладение».

В науке высказывается мнение, что «определению хищения, имеющему полноценный нормативный характер, могла бы быть отведена самостоятельная начальная статья главы 21».

Его выделяет, например, Ю.И. Ляпунов. А.И. Бойцов говорит о родовом понятии хищения.

Понятие хищения на современном этапе — законодательное понятие. В примечании 1 к ст. 158 УК РФ говорится: «Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества». Приведенное понятие олицетворяет так называемый родовой состав хищения, применимый ко всем конкретным формам хищения (краже, мошенничеству, присвоению, растрате, грабежу).

В уголовно-правовой науке из приведенного определения принято выделять признаки любого хищения. Указанными признаками следует считать: 1) хищение производится против чужого имущества, выступающего его предметом; 2) хищение представляет собой изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц; 3) хищение — это противоправное действие; 4) хищение — это безвозмездное действие; 5) противоправное деяние причиняет ущерб собственнику либо иному законному владельцу; 6) преступное деяние совершается с корыстной целью.

В этой связи, ст. 164 УК РФ определяет основания уголовной ответственности за хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность. Законодатель в настоящее время выделил в данной статье вторую часть, где усиленна ответственность за те же деяния, если они совершенны группой лиц по предварительному сговору или организованной группой либо повлекли за собой уничтожение, порчу или разрушение данных предметов или документов. Мы видим, что действующий Уголовный кодекс РФ 1996 года относит хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, либо повлекшее уничтожение, порчу или разрушение указанных предметов или документов, к особо тяжким преступным деяниям.

13 стр., 6252 слов

Хищение чужого имущества (2)

... признаки хищения чужого имущества 1.1 Понятие и общая характеристика хищения чужого имущества Хищение чужого имущества относится к преступлениям ... защита собственности приобретает особое значение. Мелкие преступления против собственности являются ... хищением так называемое «временное позаимствование», когда лицо самовольно временно обращает в личное пользование чужие деньги и иные материальные ценности ...

Таким образом, новеллой УК РФ 1996 года является выделение в самостоятельный состав преступления и отнесение его к разряду посягательств на собственность хищения предметов, имеющих особую ценность. Данная норма регулирует ответственность за посягательства на историческую, научную, художественную или культурную ценность, совершенные любым способом.

В соответствие с Конституцией Российской Федерации каждый обязан заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры. В условиях современной России государство также стремится предотвратить хищения культурных ценностей. Согласно российскому уголовному законодательству ст. 164 УК РФ закрепляет ответственность за хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную или культурную ценность, независимо от способа хищения. При наличии квалифицирующих признаков преступления, порчи или разрушения предметов или документов, как будет показано далее, наказание усилено.

Отметим, что данный вид хищения выделен в специальный состав преступления по признаку специфического предмета преступления, для которого не обозначен в ст. 164 УК РФ экономический признак, хотя, по справедливому утверждению Лопашенко Н.А. и некоторых других авторов, именно размер похищенного, как правило, лежит в основе дифференциации уголовной ответственности за хищения, причинившие разные по степени общественной опасности последствия.

Следует также обратить внимание и на то, что родовой состав хищения культурных ценностей определен разделом VIII УК РФ «Преступления в сфере экономики.

Предметом этого преступления могут быть как предметы, так и документы, обладающие особой исторической, научной, художественной или культурной ценностью. Это могут быть старинные рукописи, уникальные музейные экспонаты, произведения искусства и любые другие изделия, а также документы, обладающие, по заключению экспертов, особой ценностью в силу своей уникальности и важности для развития и преемственности культуры или науки».

Экспертные заключения, составленные в соответствии с Законом РФ от 15 апреля 1993 г. № 4804-1 «О вывозе и ввозе культурных ценностей», Федеральным законом РФ от 26 мая 1996 г. № 54-ФЗ «О музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации» и другими нормативными правовыми актами России, в состоянии определить, что похищенное имеет особую историческую, научную, художественную, археологическую или иную культурную ценность, но не определяют стоимость похищенного, так как это практически невозможно.

В литературе указывается, что «надо также иметь в виду следующее: во-первых, любое экспертное заключение является субъективным суждением; во-вторых, культурные ценности настолько дифференцированы, что крайне трудно найти подлинного специалиста по данному предмету (исключение возможны для большого города); в-третьих, возможны случаи необъективной экспертизы, так как эксперт-искусствовед нередко вынужден составлять заключение в отношении таких же специалистов, как и он сам, но уличенных в краже. Не секрет, что крупные хищения предметов искусства осуществляется специалистами, которым поручено их хранение, или же по заказу сторонних специалистов-искусствоведов».

14 стр., 6666 слов

Понятие и признаки хищения

... состав иного преступления против собственности, предусмотренного ст. 165 УК 1996 г. Второй признак предмета хищения - экономический. Предметом хищения может быть только вещь, имеющая определенную экономическую ценность. Обычное выражение ценности вещи ...

Способ хищения культурных ценностей не влияет на квалификацию. По общему правилу данное преступление признается оконченным в момент фактического завладения предметом преступления. Но хищение предметов или документов, имеющих особую ценность, путем разбоя следует считать оконченным с начала нападения, соединенного с насилием, опасным для жизни или здоровья.

Объективная сторона состава заключается в хищении указанных предметов и документов, независимо от способа хищения. Таким образом, преступление может быть совершено путем кражи, мошенничества, присвоения, растраты, грабежа или разбоя. Поскольку современное уголовное законодательство не относит вымогательство к хищениям, постольку анализируемое преступление не может быть совершено путем вымогательства. Вымогательство предметов, имеющих особую ценность, подпадает под ст. 163 УК РФ.

Моментом окончания хищения культурных ценностей, как и хищения в целом, является момент изъятия предмета преступления и появления у виновного реальной возможности им пользоваться или распорядиться по своему усмотрению. Состав преступления — материальный. Следует специально оговорить, что это положение распространяется и на такую форму хищения, как разбой, который по ст. 162 УК РФ имеет более раннюю стадию окончания преступления. Предложенное толкование является единственно возможным в связи с тем, что законодатель оперирует понятием «хищение», которое точно определяется в примечании 1 к ст. 158 УК РФ.

Субъективная сторона состава характеризуется только прямым умыслом и корыстной целью. Кроме того, обязательным признаком субъективной стороны, исходя из принципа субъективного вменения, выступает осознание виновным того факта, что предмет хищения имеет особую ценность. В противном случае ст. 164 УК РФ вменена быть не может, и действия виновного должны квалифицироваться по статьям, предусматривающим ответственность за конкретные формы хищения.

Субъект хищения предметов, имеющих особую ценность, — лицо, достигшее возраста 16 лет. Лица, совершившие хищение предметов, имеющих особую ценность, в возрасте от 14 до 16 лет, в формах кражи, грабежа или разбоя, привлекаются к ответственности по соответствующим пунктам и частям ст. 158, 161 и 162 УК РФ.

Квалифицирующие признаки предусмотрены в ч. 2 ст. 164 УК РФ. К ним закон относит: группу лиц по предварительному сговору или организованную группу (п.а.) и уничтожение, порчу или разрушение предметов или документов, имеющих особую ценность (п. в.).

«В п. в. ч. 2 ст. 164 УК РФ предусмотрен, таким образом, состав с двумя уровнями последствий: первый уровень присущ любому хищению — это причинение имущественного ущерба собственнику или законному владельцу в результате изъятия предмета хищения виновным; второй уровень специфичен для данного хищения и заключается в безвозвратной утрате предмета хищения или в причинении ему ущерба».

Таким образом, отношение виновного к последствиям второго уровня (уничтожению, порче, разрушению предметов) может характеризоваться как умышленной, так и неосторожной виной, исходя из толкования ч. 2 ст. 24 УК РФ. Если при хищении особо ценного имущества причиняется вред другим предметам, имеющим особую ценность, зданиям памятникам архитектуры и т.д., имеет место совокупность двух составов — хищения предметов или документов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ), и ст. 243 УК РФ «уничтожения или повреждения памятников истории и культуры».

Таким образом, проведенный анализ международных правовых актов, которые направлены на охрану культурных ценностей, позволил нам сделать вывод, что все мировое сообщество важнейшее значение придает их охране от всевозможных противоправных деяний, в том числе преступных посягательств. Среди преступлений наиболее распространены хищения и деяния, непосредственно с ними связанные. В частности, приобретение культурных ценностей у лица, заведомо получившего их в нарушение закона; ввоз либо вывоз указанных предметов, их отчуждение или сокрытие. В этой связи, вполне обоснованным решением нашего законодателя следует считать выделение в самостоятельный состав такого преступления как хищения предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность.

На наш взгляд, выделив хищение предметов, имеющих особую ценность, в отдельный самостоятельный состав и усилив, тем самым, уголовную ответственность, наш законодатель показал отсутствие каких-либо противоречий основным требованиям законодательной техники. Данную формулировку, возможно, нельзя считать совершенной, но само решение законодателя, связанное с включением статьи 164 УК РФ (хищение предметов, имеющих особую ценность), в действующий Уголовный кодекс РФ, на наш взгляд, представляется социально обусловленным.

Таким образом, криминализировав хищения предметов, имеющих особую ценность, законодатель, тем самым показал, что преступные посягательства на культурные ценности выступают преступлениями международного характера. Поэтому государства всего мирового сообщества должны объединить свои усилия, направленные на противодействие указанной преступности.

2.1 Особенности предмета и объективной стороны преступления

Важнейшей задачей любого государства выступает сохранение культурного достояние нации. Основы законодательства Российской Федерации о культуре, принятые 09.08.1992 г. определили особый режим охраны и использования культурного достояния народов России. Состояние преступности, связанной с хищением предметов, имеющих особую ценность в 2004-2010 гг. представлена в таблице 1.

Таблица 1.

Состояние преступности, связанной с хищениями предметов, имеющих особую ценность, в 2004 — 2010 гг.

Количество преступленийВ процентах ко всем зарегистрированным посягательствам на собственностьВ процентах ко всем зарегистрированным преступлениямКоличество привлеченных к ответственностиВ процентах ко всем привлеченным к ответственности за посягательства на собственностьВ процентах ко всем привлеченным к ответственности2004 г.1040,006%0,003%670,007%0,004%2005 г.1280,007%0,004%590,007%0,003%2006 г.1070,006%0,004%600,008%0,004%2007 г.930,007%0,004%580,01%0,005%2008 г.850,005%0,003%570,01%0,005%2009 г.820,004 %0,003%540,009%0,004%2010 г.780,004 %0,003%520,008%0,004%

Данные таблицы свидетельствуют об общей тенденции сокращения данного вида преступления.

Широкий перечень международных правовых актов по исследуемой нами проблематике свидетельствует о высокой общественной опасности хищения предметов, имеющих особую ценность, ведь их утрата порой бывает невосполнимой.

Родовым объектом данного преступления выступают общественные отношения в сфере экономики, видовым объектом хищения предметов, имеющих особую ценность, соответственно отношения собственности.

Обращаясь к основному непосредственному объекту хищения предметов, имеющих особую ценность, следует отметить, что им является та форма (вид) собственности (частная, государственная, общественная), в которой находится указанное имущество. Дополнительным непосредственным объектом хищения предметов, имеющих особую ценность, может выступать здоровье человека, когда речь идет о насильственном способе их изъятия. Помимо основного и дополнительного объектов при рассматриваемом виде хищения следует не забывать о различного рода факультативных непосредственных объектах. В частности, при насильственном грабеже или разбое, когда виновный преследует цель хищения именно таких (особо ценных) предметов и документов, то «обязательным становится такой факультативный объект, как здоровье человека, а при хищении этих предметов и документов из жилого помещения — право на неприкосновенность жилища».

Отдельным признаком конструктивного порядка для исследуемого вида хищения, выступает предмет хищения. Неслучайно и сам законодатель определил данный признак как основание для образования самостоятельного состава преступления. В современной литературе отмечается, что «предметом данного вида хищения могут выступать предметы или документы, имеющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность. Ими могут быть старинные рукописи, уникальные музейные экспонаты или произведения искусства и любые другие предметы, а также документы, обладающие не просто значительной, а особой ценностью не по товарной стоимости, а в силу уникальности и важности для развития и преемственности культуры или науки. Хищение предметов, имеющих особую ценность, должно квалифицироваться одинаково независимо от способа хищения».

Следует отметить, что при определении дефиниции «культурные ценности» можно ссылаться на нормы международного права только при условии их обязательной имплементации в национальное законодательство. Конкретные нормы, определяющие культурные ценности, являются неотъемлемой частью конвенций в целом (даже если ценности определяются приложениями), а значит, они должны в обязательном порядке включаться во внутреннее законодательство».

Достаточно подробно понятие культурных ценностей раскрывается в международных правовых актах. В этой связи, Конвенции ООН об охране всемирного культурного и природного наследия от 16 ноября 1972 г. закрепляет важнейшее положение, связанное с тем, что культурному и природному наследию более всего угрожает разрушение, вызываемое не только общеизвестными причинами повреждений, но также и эволюционными процессами социального и экономического характера. Данные процессы «делают» их еще более вредоносными, разрушительными, а порой и весьма опасными явлениями. В этой связи, пагубное обеднение достояния всех народов мира обусловлено повреждением или исчезновением любых образцов культурных ценностей или природной среды.

Следующий международный правовой акт — это Гаагская конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта, принятая в 1954 году . К числу культурных ценностей она относит как движимые, так и недвижимые памятники истории, искусства, религии, произведения искусства, археологические находки, рукописи, книги, научная коллекция или важные коллекции книг, архивных материалов или репродукции ценностей, музеи, антиквариат, крупные библиотеки и тому подобные вещи, имеющие особое значение для культурного наследия каждого народа.

«Конвенция УНИДРУА по похищенным или незаконно вывезенным культурным ценностям, принятая в Риме в 1995 г., вступившая в законную силу для договаривающихся Сторон в июле 1998 г., рекомендует признавать культурными такие ценности, которые с религиозной либо светской точки зрения обладают важностью для археологии, антропологии, истории, литературы, искусства или науки и образуют следующие категории:

) Редкие коллекции и образцы фауны, флоры, минералов, анатомии, объекты палеонтологического интереса.

) Исторические ценности, включая историю наук и технологий, войн и социальной истории, жизни национальных лидеров, мыслителей, ученых, художников, артистов и событий национальной важности.

) Предметы археологических раскопок (регулярных или подпольных) или археологических открытий.

) Элементы художественных или исторических памятников либо археологических заповедников, которые были открыты заново.

) Древности возрастом более 100 лет, такие как надписи, монеты, гравюры.

) Объекты этнографического интереса.

7) Художественные ценности, такие как: картины, полотна и рисунки, изготовленные вручную и с применением любого материала (исключая промышленные рисунки или ремесленные изделия, украшенные вручную); оригинальные лепные работы и скульптуры из любого материала; оригинальные художественные изделия и конструкции из любых материалов. Так, Определением коллегии по уголовным делам Архангельского областного суда оставлен в силе приговор Каргопольского районного суда в отношении уроженца Вологодской области Павла Леонова. Суд согласился с позицией государственного обвинения и признал его виновным в покушении на хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ).

Как установило следствие, в ночь c пятого на шестое января 2009 года Павел Леонов проник в 23 пустовавших дома деревень Тимошинская, Белая, Меньшаковская, Лавровская и Морщихинская Каргопольского района, чтобы украсть предметы старины. Были похищены светец и медная икона, представляющие особую историческую, научную, художественную и культурную ценность, а также иное имущество на общую сумму свыше ста тысяч рублей.

8) Редкие рукописи, старинные книги и их аналоги (инкунамбулы), документы и публикации специального характера (исторические, художественные, литературные и т.д.), единичные или в коллекциях.

) Почтовые, акцизные и схожие с ними марки, единичные или в коллекциях.

) Архивы, включая фоно-, фото- и киноархивы.

) Предметы мебели, созданные более 100 лет назад, старинные музыкальные инструменты».

В диспозиции ст. 164 УК РФ упоминаются в качестве предмета преступления не только предметы, как объекты материального мира (вещи), но и документы, то есть материальные носители важной исторической, научной, художественной или культурной информации, предназначенной для передачи новым поколениям народа. Так, 2 сентября 2010 года сотрудниками отдела по борьбе с посягательствами на культурные ценности ДепУР МВД России совместно с сотрудниками УУР ГУВД по Нижегородской области и УУР УВД по Владимирской области подозреваемый был задержан в городе Владимире. У него изъято 60 уникальнейших чертежей, рисунков и записей 18 века авторства знаменитого русского изобретателя Ивана Кулибина.

По предварительной оценке экспертов, данные предметы однозначно имеют особую историческую ценность, аукционная стоимость их может превышать 40 миллионов рублей.

Установлено, что, подобрав ключи, подозреваемый неоднократно проникал в помещение музея Академии и совершал хищения предметов, имеющих особую культурную и историческую ценность. При обыске в его гараже изъято более 300 похищенных книг 18-20 веков.

По данному факту ГСУ при ГУВД по Нижегородской области возбуждено уголовное дело по ст. 164 УК РФ «Хищение предметов, имеющих особую культурную, историческую и научную ценность».

Отметим, что примерный перечень культурных ценностей, которые обладают родовыми признаками и способны быть предметом анализируемого посягательства, содержится в Законе РФ от 15.04.1993 № 4804-1 «О вывозе и ввозе культурных ценностей» (в ред. от 17 июля 2009 г. № 150-ФЗ).

В соответствии со ст. 7 указанного нормативного правового акта к таковым относятся: «редкие рукописи и документальные памятники; архивы, включая фото-, фоно-, кино-, видеоархивы; уникальные и редкие музыкальные инструменты; почтовые марки, иные филателистические материалы, отдельно или в коллекциях; старинные монеты, ордена, медали, печати и другие предметы коллекционирования; редкие коллекции и образцы флоры и фауны, предметы, представляющие интерес для таких отраслей науки, как минералогия, анатомия, палеонтология; другие движимые предметы, в том числе копии, взятые государством под охрану как памятники истории и культуры».

В настоящее время не существует строго определенных правил, позволяющих отнести тот или иной предмет к числу представляющих особую ценность. Так, «особую ценность нужно понимать как оценочный признак. Особая историческая, научная, художественная или культурная ценность похищенных предметов или документов определяется на основании экспертного заключения с учетом не только их стоимости в денежном выражении, но и значимости для истории, науки, искусства или культуры. Культурная ценность указанных предметов несомненна, однако далеко не всегда она может быть признана особой. Особая ценность похищаемых предметов должна осознаваться и преступником. В противном случае содеянное следует квалифицировать по ст. ст. 158, 159, 160, 161 или 162 УК РФ».

Анализируя предмет изучаемого посягательство, прежде всего мы отметим, что им выступает чужое имущество, то есть такое имущество, собственником которого является не лицо, виновное в хищении, а иной гражданин либо юридическое лицо или государство. В литературе определяется, что «предметом хищения могут быть не только отдельные произведения или вещи, но и коллекции культурных ценностей, то есть совокупность однородных или подобранных по определенному признаку разнородных предметов, которые, независимо от культурной ценности каждого из них в отдельности, собранные вместе, имеют историческое, художественное, научное либо иное культурное значение, например коллекции почтовых марок, старинных монет и т. д.». Так, 6 июля 2009 года прокуратурой города Кунгура Пермского края утверждено обвинительное заключение и направлено в городской суд уголовное дело в отношении жителя города Кунгура Галкина Р. В., обвиняемого в совершении преступлений предусмотренных ч. 1 ст. 164 УК РФ и ч. 2 ст. 325 УК РФ. Следствием установлено, что Галкин, в утреннее время, находясь в гостях у своей родной бабушки тайно похитил предметы, имеющие особую историческую и художественную ценность — 3 государственные награды СССР (Орден Ленина 1971, Орден Октябрьской революции 1981, Медаль «За трудовую доблесть»).

Одновременно, обвиняемым были похищены еще и важные личные документы потерпевшей, а именно орденская книжка к Ордену Ленина и орденская книжка к Ордену Октябрьской революции.

Украденные ценные вещи Галкин собирался продать коллекционерам и, получив за них деньги, расплатиться с имеющимися у него долгами, так как он длительное время нигде не работал. Согласно экспертного заключения стоимость похищенных государственных наград составила около 80 тысяч рублей. Изъятые у Галкина в ходе следствия похищенные государственные награды и орденские книжки возвращены потерпевшей, сам обвиняемый заключен под стражу.

Культурные ценности следует рассматривать как результаты деятельности человека либо предметы, которые тесно связанные с деятельностью людей. Обладая уникальностью, они воплощают в себе, прежде всего, исключительные физические и интеллектуальные способности творца как личности, индивидуальное мастерство отдельно взятого человека, олицетворяя при этом неповторимые и единственные в своем роде образцы творчества индивида в какой-либо из сфер его жизни и деятельности. Особая значимость для общества выступает следующим неотъемлемым признаком культурных ценностей. Указанные предметы характеризуются тем, что они неким образом отображают все то лучшее, что смогли достичь люди в процессе развития человеческой цивилизации, и всего важного, что сопровождало эволюционные процессы. В литературе в качестве еще одной из существенных особенностей ценностей культуры называют возраст их происхождения. Суть данного признака состоит в том, что в большинстве случаев осознание их подлинной ценности и особого общественного значения происходит лишь по прошествии какого-то промежутка времени. Именно общественная практика дает самую объективную оценку исторических, научных и художественных достоинств предметов культуры. В этой связи, как правило, под культурными ценностями следует понимать то, что создано предшествующими поколениями. Поэтому, культурные ценности приобретают соответствующий статус имущества, попадая в правовое поле. Поэтому важнейшим аспектом правовой сущности культурных ценностей выступает их вовлеченность в отношения собственности.

Как свидетельствует судебная практика, уголовные дела о хищениях предметов, имеющих особую ценность, носят достаточно сложный характер. От участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения, экспертов, специалистов и суда требуется высокий уровень профессионализма для правильного и законного разрешения дел такой категории сложности. Так, федеральный суд общей юрисдикции Советского района г. Новосибирска, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по обвинению А.С., в совершении преступления, предусмотренного ст. 164 ч. 1 УК РФ, установил:

А.С. совершил хищение предметов, имеющих особую историческую ценность, независимо от способа хищения.

Преступление им совершено в Советском районе г. Новосибирска при следующих обстоятельствах.

Так, в точно неустановленное следствием время — в период с 28.11.2009 года по 05.12.2009 года А.С. проходил по территории СНТ «П» Советского района г. Новосибирска, А.С. увидел, что в расположенном на дачном участке доме выключен свет. А.С. предположил, что в доме никого нет, и что там может находиться ценное имущество, после чего у него возник преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества. Реализуя намеченное, действуя с прямым умыслом, осознанно, целенаправленно, преследуя цель быстрого незаконного обогащения, А.С. перелез через металлический забор, огораживающий территорию участка № -Д СНТ «П» Советского района г. Новосибирска, подошел к расположенному на данном участке дому и убедился, что за его действиями никто не наблюдает и не может помешать совершению им преступления. После чего, продолжая свои преступные действия, желая довести намеченное до конца, А.С. в точно не установленное следствием время — в период с 28.11.2009 года по 05.12.2009 года незаконно проник в помещение дачного дома на участке № — Д осознавая, что действует против воли лиц, которым принадлежит дом, где хранились различные принадлежащие В.П. материальные ценности. Находясь в доме, А.С., действуя с прямым умыслом, направленным на тайное хищение чужого имущества, действуя осознанно и целенаправленно, выпил принадлежащую В.П. спиртную настойку, не представляющую материальной ценности.

После этого А.С. осмотрел помещение дома и в одной из комнат обнаружил принадлежащий В.П. орден Красной Звезды, после чего у него возник преступный умысел, направленный на хищение предметов, имеющих особую историческую ценность.

Реализуя намеченное, действуя с прямым умыслом, целенаправленно, преследуя цель быстрого незаконного обогащения, А.С., осознавая, что орден Красной Звезды, учрежденный Постановлением Президиума ЦИК СССР от 06.04.1930 года, является государственной наградой за особые заслуги перед Отечеством за участие в боевых действиях, составляет культурное наследие народов Российской Федерации, их национальное достояние и в этом качестве является бесценным, тайно понимая, что в указанном доме на дачном участке № — Д СНТ «П» Советского района г. Новосибирска, куда проник против воли В.П., он находится незаконно, тайно похитил принадлежащий В.П. орден Красной Звезды, изготовленный на Московском монетном дворе в 1944-1945 годах.

Согласно заключения эксперта № 03-08/037 от 15.02.2010 г., представленный на экспертизу изъятый у А.С. орден Красной Звезды представляет собой особую историческую ценность.

Согласно заключения эксперта № 03-08/024 от 25.01.200 г., стоимостью представленного на экспертизу ордена Красной Звезды на коллекционном рынке г. Новосибирска составляет 2000 рублей.

Таким образом, А.С. действуя умышленно, осознанно, целенаправленно, из корыстных побуждений, тайно похитил принадлежащий В.П. орден Красной Звезды, представляющий собой особую историческую ценность и, осознавая и предвидя неизбежность причинения реального материального ущерба собственнику имущества и желая, чтобы такие последствия наступили, с похищенным с места совершения преступления скрылся, причинив В.П. материальный ущерб в сумме 2000 рублей.

Действия подсудимого А.С. следствием были квалифицированы по ст. 164 ч. 1 УК РФ как хищение предметов, имеющих особую историческую ценность, независимо от способа хищения.

При ознакомлении с материалами уголовного дела А.С. в присутствии защитника было заявлено ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке без проведения судебного разбирательства.

В судебном заседании подсудимый А.С. виновным себя признал полностью и согласился с предъявленным ему обвинением в полном объеме.

Вышеуказанные действия подсудимого А.С. суд квалифицирует по ст. 164 ч.1 УК РФ как хищение предметов, имеющих особую историческую ценность, независимо от способа хищения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 297 — 299, 302, 304, 307 — 309 УПК РФ, суд приговорил: А.С. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 164 ч. 1 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет, без штрафа.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное А.С. наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком в 4 (четыре) года.

Данное преступное посягательство представляет собой не форму, а вид хищения, причем особого значения. Данный вид выделен законодателем в специальную норму с учетом соответствующих особенностей предмета хищения.

Законодатель, исходя из этого, специально указал через формулировку признаков состава рассматриваемого преступления, что в данное случае имеется в виду деяние в отношении указанных предметов независимо от способа хищения.

Весьма спорным выступает вопрос о том, на какой стадии следует считать оконченным изучаемое деяние, когда оно совершается путем разбоя. При решении этого вопроса следует учитывать две точки зрения. Первая определяет момент окончания преступления на этапе нападения с целью хищения. Согласно второй позиции деяние признается оконченным в момент фактического завладения. В литературе указывается, что «мнения ученых по данному вопросу разделились. Так, некоторые авторы полагают, что разбой с целью хищения предметов, имеющих особую ценность, следует считать оконченным в момент фактического завладения соответствующими предметами или документами».

В связи с изложенным, вопрос квалификации хищения путем разбоя предметов, имеющих особую культурную ценность, вызывает некоторые сложности в судебной практике, что связано с определенной несогласованностью редакции ст. 164 УК РФ и 162 УК РФ. Так, в диспозиции ст. 164 УК РФ имеется в виду хищение, которое признается оконченным при фактическом изъятии и (или) обращении виновным предметов, имеющих особую культурную ценность, в свою пользу. В соответствии со ст. 162 УК РФ разбой считается оконченным преступлением в момент нападения на потерпевшего, а не в момент фактического завладения имуществом. Детальное толкование диспозиции ст. 164 УК РФ позволяет нам утверждать, что хищение предметов, имеющих особую ценность, следует признавать оконченным путем разбоя не в момент нападения, а в момент фактического изъятия имущества у собственника. Такая позиция полностью совпадает с мнением О.Ф. Шишова, которое он высказал в Комментарии к Уголовному кодексу РФ. По нашему мнению, она представляется неточной, поскольку идет в разрез с юридической природой разбоя

Не разделяя данную позицию, мы считаем, что такая точка зрения обоснована недостаточно. Во-первых, нет прямого законодательного предписания относительно установления момента окончания преступления, предусмотренного ст. 164 УК РФ. Во-вторых, очевидно, что состав разбоя формальный, а не материальный. Поэтому, указанное деяние следует признавать оконченным не в момент завладения имуществом, а в момент нападения. Юридическая природа разбоя не изменяется при разбойном нападении с целью хищения предметов или документов, имеющих особую ценность. Это преступление остается оконченным с момента нападения со всеми юридическими последствиями, вытекающими из этого факта. Целесообразно, на наш взгляд, внести постановлением Пленума ВС РФ соответствующее разъяснение, чтобы правильно разрешить обозначенную проблему. Иначе, если мы будем следовать точке зрения, изложенной выше, может прийти к парадоксальной ситуации. Тогда разбойное нападение на жилище с целью хищения из нее какой-то денежной суммы будет считаться оконченным в момент нападения, со всеми вытекающими из этого последствиями, а разбойное нападение, соответственно, с целью хищения из жилища предметов, имеющих особую культурную ценность, будет признаваться оконченным только в момент завладения указанными ценностями. Чтобы этого не случилось, необходимо дать официальное компетентное разъяснение относительно момента окончания хищения предметов, имеющих особую ценность, совершаемого путем разбоя.

Некоторые учение считают, что «с объективной стороны рассматриваемое преступление выражается в корыстном противоправном безвозмездном изъятии и (или) обращении любым способом, в том числе путем разбоя, предметов, имеющих особую культурную ценность, в пользу виновного или других лиц, а его обязательным объективным признаком является наступление последствий в виде причинения реального ущерба собственнику». А если хищение совершалось различными способами, то причиненный ущерб оценивается в совокупности. С таким суждением трудно согласиться. Дело в том, что наличие признака причинения материального ущерба собственнику или иному владельцу предметов, имеющих особую ценность, зависит от выбранного виновным способа хищения этих предметов, который определяет момент окончания преступления.

При хищении их путем кражи, мошенничества, присвоения или растраты, грабежа преступление признается оконченным с момента завладения предметами или документами, имеющими особую ценность, и получения виновным возможности распорядиться ими. В этом случае признак причинения материального ущерба собственнику или иному владельцу этих предметов или документов действительно обязателен. Однако ситуация изменяется, если рассматриваемое преступление совершается путем разбоя. Оконченным оно признается с момента нападения, а не тогда, когда виновный завладел указанными предметами или документами. Исходя из этого, автор полагает, что признак причинения материального ущерба собственнику или иному владельцу предметов или документов, имеющих особую ценность, не является при такой ситуации не обязательным.

Анализ объективной стороны состава хищения предметов, имеющих особую ценность, показывает, что «она нуждается в совершенствовании. Поэтому мы предлагаем диспозицию ст. 164 УК сформулировать следующим образом: «Хищение независимо от способа, вымогательство или приобретение права собственности путем обмана или злоупотребления доверием на предметы или документы, имеющие особую ценность».

2.2 Анализ субъективных признаков преступления

С субъективной стороны данный вид хищения определяется виной в форме прямого умысла. Сознанием виновного при этом, хотя бы в общих чертах, охватывается то обстоятельство, что им похищается такой предмет, который имеет особую историческую, научную, художественную или культурную ценность. Если же сознанием виновного не охватывался данный факт хищения указанных предметов и документов, то содеянное не образует собой деяние, предусмотренное ст. 164 УК РФ.

«Осознание этого обстоятельства устанавливается доказательствами, подтверждающими, что в силу интеллектуального развития, образования, характера трудовой деятельности или имеющихся знаний обвиняемый представлял характер ценности предмета или документа, а также фактическими данными о том, что преступное посягательство было ориентировано именно на данный предмет (документ).

Из материалов изученных уголовных дел следует, что следователи, принимая решение о квалификации деяния по ст. 164 УК, зачастую руководствуются только заключением судебной экспертизы и не принимают во внимание фактических обстоятельств преступления. Так, Т. и К., совершив кражу чужого имущества, наряду с самоваром, ковшиками, баками и прочим имуществом из металла похитили и медный крест с намерением сдать все похищенное в пункт приема металлолома, что они и сделали. На предварительном следствии действия обвиняемых были квалифицированы по ст. 164. Ревдинский городской суд Свердловской области эту статью из обвинения подсудимых исключил, указав, что осознание подсудимыми особой ценности похищенного креста побудило бы их иным путем распорядиться похищенным (продать ценителям, знатокам, коллекционерам и т.д.)».

Современные исследователи отмечают, что «если предположить, что виновный посягает на особо ценные объекты или памятники общероссийского значения, то необходимо устанавливать форму его вины как отношения к содеянному. Поскольку лицо действует умышленно, необходимо установить, что его умыслом охватывались и свойства предмета, которому причиняется вред. Это значит, что лицо осознавало, что посягает именно на особо ценные объекты или памятники общероссийского значения. Если учесть, что перечень этих предметов содержится в специальных нормативных актах, которые к тому же обновляются, то в таких ситуациях соблюсти принцип личной виновной ответственности будет довольно проблематично».

Обязательным признаком субъективной стороны рассматриваемого преступления является корыстная цель, то есть стремление виновного получить материальную выгоду незаконным путем. В литературе отмечается, что «на практике актуальным является отграничение данного преступления от мошенничества, совершаемого с использованием подделок произведений искусства. При совершении того и другого преступления имеют место корыстные мотивы и цели, но различаются способы достижения корыстной цели. При хищении (ст. 164 УК РФ) эта цель достигается завладением подлинными предметами, имеющими особую ценность, а при мошенничестве — завладением денежными средствами жертв путем обмана в отношении предмета сделки».

По признакам субъективной стороны анализируемый вид хищения можно отграничивать от других преступных посягательств на культурные ценности. Указанными соображениями следует руководствовать, отграничивая хищение предметов и документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, от совершения действий, направленных на уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ).

При разграничении рассматриваемых составов преступлений по признакам субъективной стороны основное внимание следует уделять целям и мотивам содеянного. Хищение предметов и документов, имеющим особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, совершаются с корыстной целью. В то время как действия, направленные на уничтожение или повреждение памятников истории и культуры, совершаются не по корыстным, а по хулиганским и иным побуждениям.

Субъектом рассматриваемого преступления является любое лицо, совершившее это деяние и способное нести за него уголовную ответственность. Это физическое вменяемое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности за соответствующую форму хищения, которой воспользовался виновный.

Перечисляя обязательные признаки субъекта преступления, законодатель не упоминает о факультативных признаках, характеризующих специального субъекта (должностное положение, отношение к воинской обязанности и т.п.), которые применительно к конкретному составу преступления могут быть обязательными, если включаются в них. Субъект хищения предметов, имеющих особую ценность, — общий, следовательно, необходимо рассмотреть, какое содержание вкладывает законодатель в понятие общего субъекта, применительно к данному составу преступления.

Субъектом хищения предметов, имеющих особую ценность, может быть только физическое лицо. «При хищении возможна так называемая возрастная невменяемость. Например, органами следствия гражданину Н. было предъявлено обвинение в совершении хищения предметов, имеющих особую ценность, которое квалифицировано по ч. 1 ст. 164 УК РФ. Судебной коллегией по уголовным делам Смоленского областного суда установлено совершение Н. деяния, предусмотренного ч. I ст. 164 УК РФ, однако от уголовной ответственности он освобожден на основании ч. 3 ст. 20 УК РФ. Государственный обвинитель в протесте поставил вопрос о необоснованном освобождении от уголовной ответственности гражданина Н. Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ протест оставила без удовлетворения, указав следующее. Из исследованных судом материалов дела стало видно, что Н. по умственному развитию отстает от своих сверстников. Обучаясь в школе, он не научился читать и писать. По заключению экспертов, проводивших медико-психологическую экспертизу, у Н. имеются признаки врожденного умственного недоразвития в форме легкой степени дебильности с эмоционально-волевыми нарушениями. С учетом его личностных особенностей развития и поведения Н. не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность совершаемых им противоправных действий, а также в полной мере руководить ими».

Несмотря на то, что к настоящему времени наблюдается феномен ускоренного развития молодежи, законодатель установил возраст, по достижении которого наступает уголовная ответственность за совершение рассматриваемого преступления, — 16 лет. В данном случае имелось в виду, что у подростков более раннего возраста интеллект еще недостаточно развит для осознания совершенного деяния. Общественная опасность хищения предметов, имеющих особую ценность, вполне очевидна для современного подростка, так как при совершении этого преступления виновные понимают, что посягают на достояние России. Это дает основание признать, что лица, совершающие хищения предметов, имеющих особую ценность, в 14-летнем возрасте, сознают, в чем состоит опасность совершаемых ими действий, и могут руководить ими. Совершение такого преступления, как хищение предметов, имеющих особую ценность, само по себе достаточно убедительно характеризует общественную опасность содеянного и личность виновного. Однако это не исключает необходимости тщательно исследовать особенности личности преступника. Всестороннее изучение личности субъекта хищения предметов, имеющих особую ценность, необходимо для назначения справедливого наказания виновному. Имеет оно определенное значение также для выявления причин и условий, способствующих совершению преступления.

Отметим, что работа следственно-оперативной группы по возбужденному уголовному делу, включающая: анализ результатов осмотра места происшествия; ознакомление и учет имеющихся данных оперативно-профилактической работы, получение информации о совершении преступлений подобного рода на соседних территориях; информирование о похищенных предметах ГУУР МВД России, других служб ОВД, таможни, ФСБ, учреждений культуры; постановка похищенного на учет АИПС «Антиквариат»; комплекс оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий «от потерпевшего», т. е. тактических приемов и комбинаций, дающих возможность получить доказательственную информацию о личности потерпевшего, его образе жизни, связях и т. п.; тщательное изучение литерного производства, архивных и находящихся в производстве уголовных дел, а также материалов, по которым отказано в возбуждении уголовного дела, различного рода обзоров, справок по поводу «антикварной преступности», специальной литературы.

Отметим, если «имеются основания полагать, что обнаруженные ценности похищены, но нет точных сведений о месте хищения, потерпевшем и лице, совершившем хищение, то в этом случае следует запросить территориальные органы внутренних дел близлежащих областей, а также УУР МВД России о совершенных хищениях предметов антиквариата, провести целенаправленную работу по всем видам региональных и федеральных учетов.

Таким образом, хищение предметов, имеющих особую ценность, считается особым видом хищения, предусмотренном ст. 164 УК РФ. Следует заметить, что, как и хищение, причинившее значительный ущерб гражданину, эта разновидность хищения выделяется не столько в зависимости от размера похищенного, сколько — от качественных характеристик предмета хищения (предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность).

Здесь нужно отметить, что конкретная стоимость предмета, имеющего особую ценность, может быть гораздо ниже крупного или особо крупного размера хищения, а может и превышать его.

Таким образом, обращает на себя внимание, что законодатель при характеристике предмета этого преступления отказался от использования понятия предмета всех остальных хищений — чужого имущества. Это объясняется тем, что предмет хищений по ст. 164 УК специфичен и далеко не всегда отвечает признакам предмета хищения, сформулированным выше. Пожалуй, единственное, что его объединяет с предметом конкретных форм хищений, — его, как правило, достаточно высокая денежная, или материальная стоимость, производная не от целевого назначения предмета (предназначенности для удовлетворения обычных потребностей людей), а от его особой ценности, которая лишена утилитарного характера. Имеется в виду, как указывалось, ценность историческая, научная, художественная или культурная.

Глава 3. Особенности уголовно-правовой квалификации хищения предметов, имеющих особую ценность, при отягчающих обстоятельствах

уголовный законодательство ценность хищение

Квалифицирующие признаки хищения предметов, имеющих особую ценность (ч. 2 ст. 164 УК РФ), предусматривают повышенную ответственность за данное деяние, если оно совершено:

а) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «а» ч. 2 ст. 164 УК РФ);

в) повлекло уничтожение, порчу или разрушение указанных в ч. 1 ст. 164 УК РФ предметов и документов.

Первый квалифицированный вид указанного преступления предполагает совершение его лицами, заранее договорившимися о совместном его совершении (ч. 2 ст. 35 УК РФ).

Таким образом, в данном случае имеется в виду наличие одной из наиболее распространенных форм соучастия и одной из разновидностей группового преступления.

Так, рассматривая преступление, которое совершенно группой лиц по предварительному сговору, когда в процессе изъятия и (или) обращения предметов, имеющих особую ценность, участвовали непосредственно два или более лица, следует указать, что указанные лица должны обладать признаками субъекта данного преступления, а также они должны заранее договориться о совместном исполнении деяния. Данные лица должны полностью или частично выполнить действия, образующие объективную сторону преступления, и осуществить указанные действия в отношении похищаемых предметов согласованно.

При наличии анализируемого квалифицирующего признака хищение предметов, имеющих особую ценность, бесспорно, обладает большей общественной опасностью по сравнению с основным составом. B.C. Комиссаров при аргументации позиции о более высокой степени общественной опасности посягательства с участием группы лиц по предварительному сговору, указывает следующее: «Во-первых, в этих случаях возможно совершение таких преступлений, которые не под силу одному лицу. Во-вторых, противодействие либо даже полное устранение мер по защите объекта от преступного посягательства носит реальный объединенный характер и, следовательно, снижает степень его защищенности. В-третьих, значительно облегчается совершение преступления (достигается максимальный эффект, быстрее наступает преступный результат, тяжесть причиняемого вреда увеличивается)».

На наш взгляд, такие суждения можно отнести к совершению рассматриваемого нами вида хищения при наличии в его составе признака «группа лиц по предварительному сговору». Кроме того, нередко осуществление указанного деяния сопряжено для виновных лиц с определенными сложностями, в частности, указанные предметы могут находиться под повышенной охраной либо достаточно трудно проникнуть в места их хранения.

В случаях, когда один из исполнителей присоединятся к другом лицу, который уже начал совершать те или иные действия, непосредственно направленные на хищение предмета, имеющего особую ценность, то исследуемый квалифицирующий признак отсутствует. Однако в этом случае имеет место совершение группового преступления, ведь здесь присутствует соучастие со всеми объективными и субъективными признаками, ему присущими. Так, в «Курской области осуждены члены преступной группы, специализирующейся на хищении старинных икон. Железногорский городской суд Курской области вынес обвинительный приговор в отношении жителей Тульской и Белгородской областей — 58-летнего Геннадия Шарапова, 42-летнего Артура Эйриха и еще трех членов преступной группы. Они специализировались на хищении икон, имеющих особую историческую и культурную ценность.

С октября 2003 года по июль 2004 года из церквей и храмов Курской области преступники совершили 4 кражи икон и других предметов религиозного культа на общую сумму чуть менее 1,5 млн.рублей. В Свято-Троицком храме города Орла преступникам не удалось совершить хищение по не зависящим от них причинам.

Шарапов и Эйрих ранее неоднократно судимы за совершение тяжких и особо тяжких преступлений. Более того, Шарапов специализировался на хищениях предметов, имеющих особую историческую и культурную ценность. Последний раз он был осужден в Москве за кражу уникальной коллекции орденов и медалей, не имеющей аналогов в мире, стоимостью 2 млн. долларов США.

Суд согласился с позицией государственного обвинителя Железногорский межрайонной прокуратуры и признал всех членов преступной группы виновными по пп. «а», «б» ч.2 ст.158, п. «а» ч.2 ст.164 УК РФ (кража, совершенная группой лиц по предварительному сговору с незаконным проникновением в помещение, а также хищение предметов, имеющих особую историческую и культурную ценность, совершенное группой лиц по предварительному сговору).

Двоим членам преступной группы также инкриминирована ч.3 ст.30, пп. «а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ (покушение на кражу).

Им назначено наказание от 8,6 до 10,6 лет лишения свободы со штрафом от 10 тыс. до 14 тыс.рублей. Отбывать наказание осужденные будут в исправительной колонии строгого режима, Эйрих — в колонии особого режима. В общей сложности похитители икон проведут за решеткой более 45 лет».

Отметим, что когда совершается хищение группой лиц по предварительному сговору, то между лицами, договорившимися заранее о совершении преступного деяния, возможно распределение ролей. Данная ситуация возможна только в пределах объективной стороны преступления. Например, один из лиц угрожает собственнику указанного предмета, применением насилия, которое является опасным для жизни или здоровья, в частности, демонстрируя оружие или иной предмет, используемый в качестве оружия, либо высказывая угрозы соответствующего содержания. В это же время другое лицо фактически осуществляет изъятие. В подобного рода ситуации оба соучастника преступления выполняют объективную сторону состава преступления, хоть и частично, и, таким образом, выступают в роли соисполнителей.

В связи с рассматриваемой ситуацией считаем необходимым обратить внимание на одно из положений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 (в ред. от 23.12.2010 № 31) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое». В п. 10 содержится следующее разъяснение: «Исходя из смысла части второй статьи 35 УК РФ уголовная ответственность за кражу, грабеж или разбой, совершенные группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, лицо не проникало в жилище, но участвовало во взломе дверей, запоров, решеток, по заранее состоявшейся договоренности вывозило похищенное, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством и в силу части второй статьи 34 УК РФ не требует дополнительной квалификации по статье 33 УК РФ». Представляется, что в данном случае Пленум Верховного Суда расширяет рамки соисполнительства за счет признания им некоторых действий, по сути, представляющих собой пособничество в хищении. В частности, вряд ли можно признавать соисполнителем лицо, которое даже по заранее состоявшейся договоренности вывозит похищенное. Эти действия, на наш взгляд, совершаются далеко за пределами объективной стороны хищения. Не всегда и подстраховка других соучастников может свидетельствовать о непосредственном совершении посягательства. В частности, применительно к краже, обязательным признаком объективной стороны которой является тайный способ изъятия, с разъяснением Пленума можно согласиться. Что же касается грабежа и разбоя, то вряд ли отмеченное деяние может образовывать их объективную сторону.

В специальной литературе некоторые авторы выделяют «самостоятельную разновидность стечения нескольких лиц в одном преступлении». Она представляет собой «групповое исполнение преступления, когда в процессе совершения посягательства субъект наряду со своими использует дополнительные физические усилия невменяемых лиц, лиц, не достигших возраста уголовной ответственности, либо других лиц, которые по предусмотренным уголовным законом основаниям не могут быть привлечены к уголовной ответственности… «Группа» характеризует здесь лишь объективную внешнюю сторону посягательства, его способ, когда реально вред объекту причиняется совместно виновным (субъектом преступления) и лицом, не обладающим признаками субъекта».

Констатируя, что в данном случае отсутствует соучастие в преступлении, приверженцы этой позиции, тем не менее, настаивают на квалификации деяния надлежащего субъекта по признаку совершения его группой лиц (в том числе группой лиц по предварительному сговору, если он имел место).

Так, А.В. Наумов, поддерживая это мнение, отмечает: «В этом случае речь, разумеется, не идет о признании соучастниками лиц, которые неспособны быть субъектом преступления, т.е. не подлежат уголовной ответственности. Смысл указанного судебного толкования заключается в другом: годный субъект, использовавший для совершения преступления невменяемого или лицо, не достигшее возраста уголовной ответственности, должен нести повышенную уголовную ответственность, т.е. совершенное при отягчающих обстоятельствах».

Эта позиция вызывает справедливую критику. Так, А.И. Бойцов пишет: «Интересно, задумывались ли разработчики этого указания над тем, о каком сговоре могла идти речь, когда одна из сторон соглашения не отдавала себе отчета в том, что делала. Ведь если иметь в виду, что под предварительным сговором понимается осмысленное соглашение двух или более лиц о совместном совершении преступления, о характере которого они осведомлены, то естественным образом возникает вопрос: можно ли считать участником преступной группы лицо, которое не может в полной мере или вообще отдавать отчет в своих действиях, осознавать их и руководить ими вследствие малолетнего возраста или состояния невменяемости? Закон дает на этот вопрос однозначный ответ: такие лица не являются субъектами преступления. Исходя из этого, и фактически имевший место сговор с таким лицом нельзя считать юридически значимым. Следовательно, в таком случае нельзя говорить о группе в уголовно-правовом значении этого понятия».

Мы придерживаемся позиции данных авторов и считаем, что уголовное законодательство, регламентируя институт соучастия, не содержит при этом положений о групповом способе совершения данного преступления. В этой связи, не может учитываться при их квалификации такой квалифицирующий признак, как группой лиц по предварительному сговору при совершении хищения предметов, имеющих особую ценность. Следует также отметить, что критикуемое здесь разъяснение уже не содержится в последних постановлениях Пленума Верховного Суда РФ.

При совершении преступления указанной группой могут участвовать и другие соучастники, в частности пособники, подстрекатели. Действия указанных лиц надлежит квалифицировать как соучастие в хищении предметов, представляющих особую ценность, совершаемом при этом группой лиц по предварительному сговору (п. «а» ч. 2 ст. 164 УК РФ со ссылкой на определенную часть ст. 33 УК РФ).

Однако при этом следует доказать, что иной соучастник осознавал, что, к примеру, осуществляет пособнические действия именно такому деянию, которое совершается группой лиц по предварительному сговору.

Рассмотрим такой квалифицирующий признак рассматриваемого преступления как его совершение организованной группой. Часть 3 ст. 35 УК РФ определяет, что рассматриваемое хищение следует признавать совершенным организованной группой в том случае, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Как известно, именно устойчивость выступает основным и обязательным определяющим признаком рассматриваемой группы, который закреплен в уголовном законодательстве и отличает данную форму соучастия от иных форм. Тем не менее, содержание этого признака закон не определяет. Таким образом, данный признак следует рассматривать в качестве оценочного обстоятельства. Поэтому, бремя определения конкретных проявлений признака устойчивости «легло» на представителей науки уголовного права. На эти положения и ориентируется следственно-судебная практика. К основным аспектам устойчивости в специальной литературе относятся следующие: 1) предварительная объединённость лиц для совершения одного или ряда преступлений, 2) длительность существования данной группы, неизменность его состава, стабильность связей между ее членами, 3) чёткое распределение ролей соучастников, 4) планирование преступной деятельности, постоянство методов и форм её осуществления и наличие, как правило, четкого намерения совершить несколько преступлений.

При уголовно-правовой оценке содеянного по признаку совершения его организованной группой действия всех ее участников квалифицируются без ссылки на ст.33 УК РФ независимо от их роли, исполняемой в процессе совершении преступления. Можно представить такую схему: один из участников организованной группы определяет местонахождение того или иного предмета, имеющего особую ценность; на другого возлагается обязанность создать благоприятные условия для совершения соответствующих действий (в частности, изготовить необходимые средства для проникновения в хранилище; изучить систему сигнализации, организации охраны предмета; наметить пути отхода и т.д.); часть участников группы непосредственно совершает действия, образующие объективную сторону хищения; кто-то из членов группы занимается сбытом изъятых предметов. Все эти лица — участники организованной группы — признаются исполнителями (соисполнителями) преступления.

Лица, которые не являются членами организованной группы, однако периодически содействуют ей в совершении хищений предметов, имеющих особую ценность, либо подстрекают к этой деятельности, признаются подстрекателями или пособниками преступлений, совершаемых организованной группой, но при одном условии — необходимо осознание виновными лицами данного обстоятельства.

Весьма существенным для уголовно-правовой квалификации содеянного является вопрос о том, какие пределы уголовной ответственности организаторов или руководителей, а также обычных участников организованных групп. В ч. 5 ст. 33 УК РФ определен ответ на поставленный вопрос: руководители (организаторы) подлежат уголовной ответственности, за исключением тех ситуаций, когда имел место эксцесс исполнителей, за все хищения предметов, имеющих особую ценность, совершенных объединением. В случаях, которые прямо предусмотрены Особенной частью Уголовного кодекса РФ, они также отвечают за создание либо руководство указанной группой. Так, в ситуации организации банды, которая имеет своей целью совершать нападения для изъятия указанных предметов, организатор будет нести уголовную ответственность также и по статье 209 УК РФ.

Простые участники подлежат уголовной ответственности за те преступления, в подготовке или совершении которых они принимали непосредственное участие. В ситуациях, прямо предусмотренных Особенной частью УК РФ, они также отвечают за участие в деятельности названной группы, а именно по части 2 статьи 209 УК РФ.

На наш взгляд, присутствие рассматриваемого признака — совершение рассматриваемого хищения организованной группой, безусловно, повышает степень общественной опасности преступного деяния не только по сравнению с основным составом, но и по сравнению с деянием, совершенным группой лиц по предварительному сговору. Все еще более благоприятные условия для преступной деятельности создаются наличием такого объединения, более того, возникает своего рода «атмосфера» для широкомасштабного нелегального бизнеса с указанными предметами, изъятыми у собственника либо иного законного владельца. Объективированные в реальной действительности, свойства организованной группы позволяют облегчить сам процесс совершения данного деяния, а также создают возможности для похищения хорошо охраняемых особо ценных предметов с целью их перемещения не только внутри страны, но и за ее пределами.

Законодатель, тем не менее, включил в себя обе указанные разновидности преступной группы в пределах одного квалифицирующего признака, что представляется не совсем верным решением. Оно нивелирует уровень общественной опасности квалифицированных видов хищения предметов, имеющих особую ценность, которые фактически отличаются по этому признаку. Обратимся к ст. 35 УК РФ, где группа лиц, группа лиц, действующих по предварительному сговору, и организованная группа рассматриваются в качестве самостоятельных форм соучастия, причем отличающихся друг от друга весьма качественно. Именно эта специфика определяет различный уровень общественной опасности преступного деяния, совершенного той или иной группой. И это, соответственно, должно быть определено в содержании рассматриваемой нами уголовно-правовой нормы.

По нашему мнению, следует указать в части 2 статьи 164 УК РФ на такой признак как «совершение хищения предметов, имеющих особую ценность, группой лиц по предварительному сговору», а в части 3 данной статьи, соответственно, предусмотреть совершение данного деяния организованной группой, тем самым дополнив статью 164 УК РФ.

Следует отметить, что в случаях, если хищение предметов, имеющих особую ценность, совершается преступным сообществом (преступной организацией), то содеянное оцениваться только по ст. 164 УК РФ не может, ввиду того факта, что данное обстоятельство не может охватываться признаком совершения преступления организованной группой. Поэтому, без учета признака совершения деяния группой лиц, необходима квалификация по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 164 УК РФ и ст. 210 УК РФ.

Следующий квалифицированный вид рассматриваемого хищения — это его совершение, повлекшее уничтожение, порчу или разрушение предметов или документов, имеющих особую ценность. В данном случае речь идет о наступлении специфических последствий, в принципе, не свойственных хищению чужого имущества. Само собой разумеется, что они могут наступить и в результате обычного хищения, но это обстоятельство не повышает, по мнению законодателя, степень его общественной опасности. Мы согласны с таким решением, поскольку уничтожение или повреждение похищенного чужого имущества следует рассматривать как один из вариантов распоряжения им. Но предмет преступления, предусмотренного ст. 164 УК РФ, обладает особыми свойствами, его уничтожение лишает человечество возможности ознакомления с шедеврами, с редкими историческими документами, препятствует осуществлению исследований в определенной сфере и т.д. Их порча, во-первых, требует серьезных затрат; во-вторых, не все свойства предмета могут быть восстановлены в первозданном виде; в-третьих, какие-то из них вообще не восстановимы.

Уничтожение предметов или документов — приведение их в полную негодность, когда они полностью утрачивают свою ценность. Разрушение — синоним уничтожения. Порча — причинение такого вреда предметам, который не исключает возможности их применения по прямому назначению, не уничтожает их особую ценность, но понижает ее. Отношение виновного к уничтожению, порче, разрушению предметов может быть как умышленным, так и неосторожным. При этом дополнительной квалификации по ст. 167 и 168 УК РФ не требуется.

В этой связи мы придерживаемся точки зрения законодателя. Он придал указанному последствию для хищения предметов, имеющих особую ценность, значение квалифицирующего признака. Например, «в марте 1994 г. из Государственного исторического архива пропали уникальные документы на сумму 24 миллиона долларов США. В ходе расследования установлено, что во время дежурств один из сотрудников вневедомственной охраны А. Беспамятнов пускал в хранилище гр-на В. Файнберга и его сообщников. За это он получал денежное вознаграждение в сумме 300-500 тысяч рублей. В спешке воры варварски вырвали из документов целые листы, в результате чего были испорчены уникальные кожаные переплеты, множество ценных бумаг. Реставраторами дано заключение о том, что восстановить материалы не удастся. Причиненный уничтожением ущерб оценен в 18 миллионов долларов США. В многочисленных квартирах В. Файнберга во время обысков было обнаружено восемь спортивных сумок с ценными историческими документами. Всего преступниками украдено 57 полных дел и 4021 документ: коллекция высочайших повелений императора, коллекция императорских указов и др.».

В специальной литературе представлены различные формулировки термина «уничтожение имущества». Так, Л.Д. Гаухман и С.В. Максимов, определяя уничтожение чужого имущества, указывают, что это деяние, влекущее «последствие в виде утраты имуществом своих потребительских свойств, отвечающих основному назначению данного имущества, при котором восстановление данных свойств невозможно или требует затрат, равных или превышающих стоимость имущества».

Представляется, что если речь идет о наличии возможности восстановления свойств имущества, пусть даже сопровождающегося большими затратами, то говорить об уничтожении не вполне корректно. Это, скорее, серьезное повреждение. Вполне прав А.Г. Безверхов, утверждающий, что «уничтожение имущества исключается, если существует реальная возможность восстановления вещи».

Аналогичной, по сути, позиции придерживается А.И. Бойцов, полагая, что уничтожение имущества представляет собой «приведение предмета в полную негодность, в результате чего он целиком теряет свое потребительское или иное целевое назначение и не подлежит восстановлению».

Несмотря на некоторое различие формулировок, их суть едина: все авторы отмечают отсутствие возможности восстановления уничтоженного имущества, его свойств и использования его по назначению. Такой подход соответствует и этимологии слова. «Уничтожить» в толковом словаре трактуется как «прекратить существование кого (чего)-нибудь, истребить»; «обратить в нет, в ничто, в небытие, губить, рушить, разрушать, сокрушать, испровергать, разорять, изводить, истреблять». Поэтому, на наш взгляд, каждое из представленных определений имеет право на существование.

Таким образом, уничтожение предметов или документов, имеющих особую ценность, представляет собой такое деяние, которое совершается любым способом, последствием которого стало приведение указанных предметов в состояние полной непригодности. В таком состоянии становится невозможным как использование их по целевому назначению, так и дальнейшее восстановление таких свойств, которые придают данным предметам определенную индивидуальность и специфичность.

Порча предметов или документов, имеющих особую ценность, является последствием, квалифицирующим указанное хищение. Представляется, что в данном случае имеется в виду повреждение таких предметов. В толковых словарях «портить» определяется как «приводить в негодность», но не истреблять, не прекращать полностью существование. Конечно, такой терминологический разброс законодателя осложняет уяснение содержания, толкование и применение закона. Таким образом, с уголовно-правовых позиций возможным и логичным мы считаем признание терминов «порча» и «повреждение» синонимами. Например, В.А. Владимиров, раскрывая содержание понятия «повреждение имущества», он оперировал при этом понятием «порча», тем самым их отождествляя. В частности, автор определял, что «повреждение — это порча вещи, приводящая к снижению ее экономической, хозяйственной ценности, уменьшение ее полезности как вещи, призванной удовлетворять определенные потребности человека, состояние временной или частичной ее негодности».

Подходы к определению понятия «повреждение имущества» терминологически тоже имеют некоторые отличия, которые, по нашему мнению, так же не принципиальны.

Следует отметить, что порча предметов или документов, имеющих особую ценность, представляет собой деяние, совершаемое любым способом, последствием которого явились временная или частичная утрата предметами их свойств, приведшая к уменьшению их ценности, затруднению их использования по назначению, что требует приложения необходимых усилий и средств для восстановления соответствующих свойств названных предметов. Мы полагаем, что поскольку «порча» и «повреждение» являются синонимами, целесообразнее в рассматриваемой норме употреблять понятие «повреждение», более привычное для УК РФ и правоприменителя, что исключит сложности и разночтения при толковании закона и обеспечит его терминологическое единство. Как отмечал М.М. Гродзинский, термин, принятый законом как имеющий определенное содержание, должен неуклонно и последовательно применяться во всех правовых актах. Тем более, если речь идет об одном правовом акте.

Формулируя анализируемое последствие, закон говорит не только об уничтожении и повреждении предметов и документов, имеющих особую ценность, но и об их разрушении. Введение этого термина в ст. 164 УК РФ еще больше затрудняет определение содержания рассматриваемого квалифицирующего признака. Так, В.В. Братано, исходя из толкования соответствующих слов, полагает, что разрушение представляет собой разновидность уничтожения. В этой связи, он термин «разрушение» предлагает исключить из диспозиции части 2 статьи 164 УК РФ. Мы полностью разделяем такую позицию и считаем, что разрушение следует рассматривать как частный случай уничтожения предметов, обладающих особой ценностью. Вместе с тем отметим, что следует применять к ситуациям уничтожения зданий, сооружений, архитектурных ансамблей, скульптур, скульптурных композиций, барельефов, монументов термин «разрушение».

Пристального внимания заслуживает вопрос о том, какое содержание имеет субъективная сторона анализируемого нами квалифицированного вида хищения предметов, имеющих особую ценность. Мы считаем, что отношение лица к последствию, которое выражается в виде уничтожения, порчи или разрушения указанных предметов, следует рассматривать и в форме умысла как прямого, так и косвенного, и в форме неосторожности в виде легкомыслия либо небрежности. Причем во втором случае налицо преступление с двумя формами вины. Оно в целом признается умышленным деянием в соответствии со ст. 27 УК РФ. Неосторожное уничтожение или повреждение предметов или документов, имеющих особую ценность, налицо в тех случаях, когда, например, в ситуации их хранения после незаконного изъятия в ненадлежащих условиях, при их транспортировке, при контрабандном перемещении, они помещаются в тайники и им может быть причинен вред.

Нельзя согласиться с мнением Г.В. Вериной. Она считает, что «особенностью субъективных признаков рассматриваемого квалифицированного состава хищения предметов, имеющих особую ценность, является двойная форма вины. При наличии умысла к последствиям в виде уничтожения, порчи или разрушения названных предметов она предлагает квалифицировать содеянное по статье 243 УК РФ».

Мы считаем, что отношение к указанным последствиям может быть также умышленным. Основанием к такому выводу выступает тот факт, что законодатель конструирует состав преступления исключительно с двумя формами вины. Имеется и термин «разрушение», что отношение к последствиям является только неосторожным, о чем прямо ведется речь в соответствующей норме уголовного права. Примерами могут служить, в частности, ч. 4 ст.111; п.п. «в» ч.3 ст. 126; п. «а» и «б» ч.3 ст. 131 и 132; ч.3 ст.205 УК РФ и ряд других. В п. «в» ч. 2 ст. 164 УК РФ указанного положения не содержится. Следовательно, законодатель предполагает и умысел в отношении уничтожения, порчи или разрушения данных предметов. Кроме того, хищение, повлекшее указанные последствия, не может охватываться статьей 243 УК РФ, ведь данная уголовно-правовая норма предусматривает ответственность за уничтожение или повреждение памятников истории и культуры, а их незаконного изъятия не охватывает. В этой связи, остается без должной уголовно-правовой оценки факт хищения

Не требуется в рассматриваемой ситуации и квалификации содеянного по совокупности преступлений — по ст. 164 и 243 УК РФ, исходя из правил квалификации при конкуренции целого и части и известного положения ч.1 ст. 17 УК РФ.

Сопоставив содержание рассматриваемой нами статьи с положениями статей 158-162 УК РФ, а также статей 221, 226 и 229 УК РФ, устанавливающих ответственность за специальные виды хищений, а также проведя детальный анализ квалифицированных видов преступления, предусмотренного ст. 164 УК РФ, мы пришли к следующему выводу: действующая редакция статьи 164 УК РФ требует определенной корректировки и, главным образом, это относится к правовому закреплению квалифицирующих признаков хищения предметов, имеющих особую ценность.

Несомненно, повышает степень общественной опасности указанное посягательство в том случае, если оно представлено в виде хищения, совершаемого из музеев, церквей, библиотек, хранилищ культурных либо исторических ценностей. В преступлении нередко принимают участие работники этих организаций. Как правило, в каждом пятнадцатом хищении указанных ценностей принимают непосредственное участие сотрудники музеев и иных учреждений подобного рода. И понятно почему: ведь соответствующие лица должны обеспечивать неприкосновенность предметов и документов, имеющих особую культурную ценность, сохранять их для будущих поколений, общества в целом. Кроме того, указанным лицам значительно проще совершить их незаконное изъятие, поскольку имеется доступ к этим предметам и документам. Особенно это касается следующих категорий субъектов: должностные лица, лица, выполняющие управленческие функции в коммерческих либо иных организациях. Они осуществляют управление и распоряжение ценностями и могут воспользоваться своим положением во вред обществу в силу предоставленных им полномочий. Однако законодателем это обстоятельство никак особо не отражено в ст. 164 УК РФ.

Целесообразным, на наш взгляд, является инициатива о необходимости дополнения названной статьи указанием на «совершение преступления лицом с использованием своего служебного положения», указав его во второй части. В данном случае субъектами будут являться должностные лица и лица, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации, как то: директора музеев, руководители различных фондов, руководители научно-исследовательских учреждений и их подразделений, религиозных организаций, библиотечных хранилищ культурных ценностей. Это же обстоятельство, то есть распространенное совершение хищений (в основном, краж, но также и грабежей, и разбоев) из музеев, картинных галерей, хранилищ культурных ценностей, церквей, иных зданий, предназначенных для отправления религиозного культа, и пр., причем нередко сопровождаемое незаконным проникновением в помещение названных организаций, приводит к выводу о необходимости учета в ст. 164 УК РФ и этого признака.

В соответствующих статьях УК, устанавливающих ответственность за кражу, грабеж и разбой, он предусмотрен. Подобное предложение уже высказывалось в специальной литературе, мы также считаем его вполне обоснованным и считаем необходимым часть 2 статьи 164 УК РФ дополнить следующим признаком — «совершение хищения предметов, имеющих особую ценность, с незаконным проникновением в помещение или хранилище».

На наш взгляд, не вполне обоснованным является объединение в рамках одной нормы уголовного права (часть 1 статьи 164 УК РФ) совершение хищения предметов, имеющих особую ценность, ненасильственными способами, такими как кража, мошенничество, присвоение, растрата, ненасильственный грабеж и, соответственно, способами, которые связаны с применением насилия или угрозы применения такового — насильственный грабеж и разбой. Очевидно, что применение насилия повышает степень общественной опасности содеянного не только объективно, но и обусловливает многообъектность самого хищения, которое совершается в указанных формах. Но данное обстоятельство отражения в законе никак не находит.

Поэтому мы предлагаем дополнить часть 2 статьи 164 УК РФ таким признаком как «совершение деяния с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия». Часть 3, соответственно, предусмотреть в названной статье и указать в ней такой признак как «применение насилия, опасного для жизни или здоровья, или угрозы применения такого насилия».

Проведенный детальный анализ в представленной главе позволяет нам суммировать выводы и предложенные в работе авторские суждения. Таким образом, мы предлагаем следующую редакцию статьи 164 УК РФ, которая будет предусматривать ответственность за хищение или вымогательство предметов, имеющих особую ценность (культурных ценностей).

Считаем необходимым изложить ее следующим образом:

Статья 164 УК РФ. Хищение либо вымогательство культурных ценностей

Ч. 1. Хищение либо вымогательство культурных ценностей — наказывается….

Ч. 2. Хищение либо вымогательство культурных ценностей:

а) повлекшее их уничтожение или повреждение;

б) совершенное группой лиц по предварительному сговору;

в) совершенное с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия;

г) хищение культурных ценностей, совершенное с незаконным проникновением в помещение или хранилище указанных ценностей;

д) хищение культурных ценностей, совершенное лицом с использованием своего служебного положения —

наказывается…

Ч. 3. Хищение либо вымогательство культурных ценностей, совершенное:

а) организованной группой;

б) с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, —

наказывается …

Примечание.

. Под помещением в настоящей статье понимаются здания, строения, сооружения независимо от формы собственности, предназначенные для выставления, изучения, реставрации и одновременно постоянного или временного хранения культурных ценностей.

Под хранилищем в настоящей статье понимаются помещения независимо от формы собственности, предназначенные для постоянного или временного хранения культурных ценностей.

Заключение

Проделанная нами работа по теме дипломного исследования позволяет изложить соответствующие выводы.

1.Мы выделили три этапа в развитии уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за преступные посягательства на культурные ценности: 1) С 1 января 1961 г. до 1 июля 1994 г. На данном этапе существовала одна уголовно-правовая норма — ст. 230 УК РСФСР «Умышленное уничтожение, разрушение или порча памятников истории и культуры»; 2) введение Федеральным законом РФ от 1 июля 1994 года специальных уголовно-правовых норм за незаконный оборот культурных ценностей; 3) вступление в силу Уголовного кодекса РФ 1996 года, закрепившего уголовно-правовую норму о хищении предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность (ст. 164 УК РФ).

2.Криминализация хищения предметов, имеющих особую ценность, обоснована наличием у Российской Федерации соответствующих международных обязательств. Посягательства на культурные ценности признаны преступлениями международного характера, принят целый ряд международных Конвенций, посвященных проблеме борьбы с ними. Россия является участником этих соглашений. В связи с этим вполне обоснованным решением российского законодателя следует признать выделение хищения предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, в самостоятельный состав преступления.

.Родовым объектом данного преступления выступает совокупность общественных отношений, складывающихся в сфере функционирования и развития российской экономики на основе объективно действующих экономических законов и в соответствии с установленными в обществе правовыми нормами. Видовым — отношения собственности, то есть совокупность общественных отношений, возникающих по поводу реализации правомочий собственника. Полагаем, что непосредственный основной объект хищения предметов, имеющих особую ценность, — отношения конкретной формы собственности. Непосредственным дополнительным его объектом следует признавать совокупность общественных отношений в сфере обеспечения общественной нравственности.

.Проанализировав предмет преступления, мы выделили следующие отличительные признаки культурных ценностей. Во-первых, они представляют собой результаты деятельности человека либо предметы, тесно связанные с человеческой деятельностью. Во-вторых, обладают уникальностью, поскольку воплощают в себе исключительные интеллектуальные и физические способности творца как личности. В-третьих, они обладают особой значимостью для общества. В-четвертых, качестве одной из существенных особенностей ценностей следует признавать возраст их происхождения. В-пятых, важнейшим аспектом правовой сущности культурных ценностей выступает их вовлеченность в отношения собственности.

.На наш взгляд, целесообразно реализовать предложение о дополнении ст. 164 УК РФ примечанием, формулирующим понятие культурных ценностей, с представлением следующей своей редакции: «Под культурными ценностями в настоящей статье следует понимать материальные предметы внешнего мира (в том числе различного рода документы), независимо от формы собственности, движимые и недвижимые, являющиеся результатами созидательной деятельности человека или имеющие природное происхождение, либо представляющие собой совместные творения человека и природы, обладающие способностью удовлетворять духовные потребности человека и общества в целом, отличающиеся уникальностью и обладающие общественной значимостью».

.Полагаем, что главный аспект опасности рассматриваемого вида хищения заключается не в причинении имущественного вреда, а в негативном воздействии на историческое, научное, художественное или культурное достояние общества, поскольку сам законодатель признает основным в содержании предмета рассматриваемого преступления историческую, научную, художественную или культурную ценность. В этой связи, норма об ответственности за хищение предметов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, должна быть перенесена из главы 21 в главу 25 УК РФ «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности». Отношения собственности в данном случае, так же как и в ситуации иных специальных видов хищений, будут выступать в качестве дополнительного непосредственного объекта преступления.

.Полагаем, что вымогательство названных предметов отличается теми же особенностями, но почему-то это в законе не учтено. Законодатель был бы более последователен, если бы в ст. 164 УК РФ предусмотрел не только хищение, но и вымогательство соответствующих предметов, как это сделано в ст. ст. 221, 226 и 229 УК РФ. Поэтому считаем необходимым дополнить формулировку ч.1 ст. 164 УК РФ указанием на такое деяние, как вымогательство предметов, имеющих особую ценность.

.Совершение хищения предметов, имеющих особую ценность, организованной группой повышает степень общественной опасности совершаемого преступления не только по сравнению с основным составом, но и с ситуацией совершения его группой лиц по предварительному сговору. Тем не менее, законодатель охватил обе названные разновидности преступной группы рамками одного квалифицирующего признака, что представляется не совсем верным решением. Поэтому считаем целесообразным предусмотреть названный квалифицирующий признак в ч.3 ст. 164 УК РФ, дополнив ею данную статью.

.Отметим, что рассматриваемое хищение совершается из музеев, церквей, библиотек, хранилищ культурных, исторических ценностей и нередко в преступлении принимают участие работники этих организаций, считаем, что это, несомненно, повышает степень общественной опасности посягательства. В силу предоставленных им полномочий они осуществляют управление и распоряжение ценностями и могут воспользоваться своим положением во вред обществу. В связи с этим представляется целесообразным дополнить названную статью указанием в ее второй части на совершение преступления лицом с использованием своего служебного положения.

.Можно сделать вывод о необоснованности объединения в рамках одной уголовно-правовой нормы (ч.1 ст. 164 УК РФ) совершение хищения предметов, имеющих особую ценность, ненасильственными способами и способами, связанными с применением насилия или угрозы таковым. В связи с этим мы предлагаем дополнить ч.2 ст. 164 УК РФ указанием на такой признак, как совершение деяния с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, а ч. 3 ст. 165 УК РФ указанием на применение насилия, опасного для жизни или здоровья, или угрозы применения такого насилия.

.Суммируя выводы из осуществленного анализа и высказанные в работе предложения, мы предлагаем следующую редакцию статьи, предусматривающей ответственность за хищение или вымогательство предметов, имеющих особую ценность (культурных ценностей), которую считаем необходимым поместить в главе «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности»:

Статья 164 УК РФ. Хищение либо вымогательство культурных ценностей

Ч. 1.Хищение либо вымогательство культурных ценностей -наказывается …

Ч. 2. Хищение либо вымогательство культурных ценностей:

а) повлекшее их уничтожение или повреждение;

б) совершенное группой лиц по предварительному сговору;

в) совершенное с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, а равно

г) хищение культурных ценностей, совершенное с незаконным проникновением в помещение или хранилище указанных ценностей, либо

д) хищение культурных ценностей, совершенное лицом с использованием своего служебного положения —

наказывается…

Ч. 3. Хищение либо вымогательство культурных ценностей, совершенное:

а) организованной группой;

б) с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, —

наказывается …

Примечание. 1. Под культурными ценностями в настоящей статье следует понимать материальные предметы внешнего мира независимо от формы собственности, движимые и недвижимые, являющиеся результатами созидательной деятельности человека или имеющие природное происхождение, либо представляющие собой совместные творения человека и природы, обладающие способностью удовлетворять духовные потребности человека и общества в целом, отличающиеся уникальностью и обладающие общественной значимостью.

. Под помещением в настоящей статье понимаются здания, строения, сооружения независимо от формы собственности, предназначенные для выставления, изучения, реставрации и одновременно постоянного или временного хранения культурных ценностей.

Под хранилищем в настоящей статье понимаются помещения независимо от формы собственности, предназначенные для постоянного или временного хранения культурных ценностей.

Список использованной литературы

[Электронный ресурс]//URL: https://inauka.net/diplomnaya/hischenie-predmetov-imeyuschih-osobuyu-tsennost-2/

Нормативные правовые акты

1.Конвенция об охране всемирного культурного и природного наследия. Париж, 16 ноября 1972 года // Международное право. 2002, № 6. С. 45-47.

2.Гаагская конвенция о защите культурных ценностей в случае вооружённого конфликта. Принята в Гааге (Нидерланды) 14 мая 1954 года // Бюллетень международного права. 2002, № 5. С. 25-26.

3.Конституция Российской Федерации от 25 декабря 1993 года (в редакции от 30.12.2008 № 7-ФКЗ) // Законодательство / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

4.Уголовный кодекс РСФСР 1960 года. М.: ЭКМОС, 1995. 176 с.

.Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 года № 63-ФЗ (в редакции от 07.03.2011 № 26-ФЗ) // Законодательство / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

6.Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 года № 174-ФЗ (в ред. от 20.03.2011 № 40-ФЗ) // Законодательство / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

.Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.94 № 51-ФЗ (в ред. от 06.04.2011 № 65-ФЗ) // Законодательство / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

8.Закон РФ от 15 апреля 1993 г. № 4804-1 «О вывозе и ввозе культурных ценностей» (в ред. от 17 июля 2009 г. № 150-ФЗ) // Законодательство / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

9.Федеральный закон РФ от 26 мая 1996 г. № 54-ФЗ «О музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации» (в ред. от 23 февраля 2011 г. № 19-ФЗ) // Законодательство / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

.Основы законодательства Российской Федерации о культуре» (в ред. Федерального закона от 8 мая 2010 г. № 83-ФЗ) // Законодательство / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

Материалы статистики и практики

1.Архив Архангельского областного суда за 2009 г. Дело № 1-326-3/09.

2.Архив Железногорского городского суда Курской области за 2009 г. Дело № 1-97-1/09.

.Архив Советского районного суда г. Новосибирска за 2010 г. Дело № 1- 201/10.

.Информация Пресс-центра МВД РФ // Официальный сайт МВД России / Режим доступа: mvdinform. ru.

.Материалы Прокуратуры города Кунгура Пермского края за 2009 г. Дело №1-112-3/2009.

.Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за 1 квартал 2009 года // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009, № 7.

.Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 (в ред. от 23.12.2010 № 31) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» // Судебная практика / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

.Преступные посягательства на культурные ценности в России: Статистический сборник (2008-2010гг.).

М.: ЦИСН, 2011.

.Статистика преступлений, подведомственных органам внутренних дел // Официальный сайт МВД России / Режим доступа: mvdinform. ru.

Научная литература и периодические издания

1.Бакрадзе А.А. Признаки культурных ценностей как предмета преступления, предусмотренного ст. 164 УК РФ // Российский следователь. 2010, № 8 / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

2.Белокуров О.В. Актуальные проблемы совершенствования уголовного законодательства: вопросы юридической техники. В сб.: Международное и национальное уголовное законодательство: проблемы юридической техники. М.: ЛексЭст, 2004. 345 с.

.Бойцов А.И. Преступления против собственности. СПб.: Питер, 2008. 440 с.

.Борисова О.В. Традиционность и новизна технических приемов в главе 21 УК РФ. В сб.: Проблемы юридической техники / Под ред. проф. В.М. Баранова. Н. Новгород, 2007. 782 с.

.Братанов В.В. Квалифицирующие признаки и отграничение хищения предметов, имеющих особую ценность, от смежных преступлений // Российский следователь. 2007, № 14 / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

.Братанов В. В. Хищения культурных ценностей: Автореф. дисс. канд. юрид. наук. Н-Новгород: ННГУ, 2008. 36 с.

.Верина Г.В. Дифференциация уголовной ответственности за преступления против собственности: Проблемы теории и практики. М.: Норма, 2007. 325 с.

.Владимиров В.А. Квалификация преступлений против личной собственности. М.: Наследие, 2002. 132 с.

.Гаухман Л.Д, Максимов С.В. Ответственность за преступления против собственности. М.: Волтерс Клувер, 2007. 316 с.

.Гродзинский М.М. Об усовершенствовании законодательной техники (оригинальный вариант статьи) // Законность. 2005, № 1. С. 62-66.

.Довгий Д. Хищения предметов, имеющих особую ценность // Законность. 2007, № 5 / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

.Категов А.С. Хищение предметов, имеющих особую ценность: к вопросу юридического анализа преступлений // Российское право в Интернете. 2009, № 5. С. 39-40.

.Клебанов Л.Р. О некоторых новых формах уголовно-правовой защиты культурных ценностей в современный период // Черные дыры в российском законодательстве. Юридический журнал. 2005, № 4. С. 225-229.

.Клебанов Л.Р. О некоторых проблемах уголовной ответственности за контрабанду культурных ценностей // Черные дыры в Российском законодательстве. Юридический журнал. 2006, № 2. С.77-80.

.Клебанов Л.Р. Уголовная ответственность за уничтожение или повреждение памятников истории или культуры // Черные дыры в Российском законодательстве. Юридический журнал. 2008, № 1. С. 36-39.

.Клебанов Л.Р. Уголовно-правовая охрана культурного суверенитета России // Уголовное право. 2008, № 5. С. 28-34.

.Клебанов Л.Р. О родовом объекте преступлений, посягающих на культурные ценности // Черные дыры в Российском законодательстве. Юридический журнал. 2009, № 2. С.89-93.

.Клебанов Л.Р. Хищение культурных ценностей // Законность. 2009, № 3. С. 13-16.

.Клебанов Л.Р. Бланкетность уголовно-правовых норм и защита культурных ценностей // Журнал российского права. 2009, № 9 / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

.Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: расширенный уголовно-правовой анализ с материалами судебно-следственной практики / Под общ. ред. Н.А. Овчинникова. М.: Экзамен, 2007. 975 с.

.Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Юрайт, 2008. 902 с.

.Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. 6-е изд. / Отв. ред. А.И. Рарога. М.: Проспект, 2009. С. 476 с.

.Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.И. Чучаева. М.: КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2010. 421 с.

.Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.В. Бриллиантова. М.: Проспект, 2010. 713 с.

.Кругликов Л.Л., Васильевский А.В. Дифференциация ответственности в уголовном праве. СПб.: Питер, 2003. 186 с.

.Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: Авторский комментарий к уголовному закону (раздел VIII УК РФ).

М.: Волтерс Клувер, 2008. 456 с.

.Михайлова H.О. О правовом положении регулирования охраны историко-культурного наследия // Закон и право. 2005, № 6. С. 44-48.

.Русанов Г.А. Состояние и динамика контрабанды культурных ценностей на современном этапе // Культура: управление, экономика, право. 2010, № 1 / Режим доступа: Справочно-правовая система «Консультант-Плюс».

.Сабитов Г.Р. Охрана культурных ценностей. Уголовно-правовые и криминологические аспекты: Автореф. дисс. канд. юрид. наук. Омск, 2006. 36 с.

.Щерба С.П., Приданов С.А. Уголовно-правовая охрана предметов и документов, имеющих историческую, научную, художественную или культурную ценность: Практическое пособие / Под общ. ред. проф. С.П. Щерба. М.: Учебно-консультационный центр «ЮрИнфоР». 2006. 153 с.

Учебники и учебная литература

[Электронный ресурс]//URL: https://inauka.net/diplomnaya/hischenie-predmetov-imeyuschih-osobuyu-tsennost-2/

1.Уголовное право России. В 2-х т. Т.2. Особенная часть. / Под ред. А.Н. Игнатова. М.: Норма, 2005. 944 с.

2.Уголовное право. Особенная часть / Отв. ред. проф. ИЛ. Козаченко, проф. З.А. Незнамова, доц. Г.П. Новоселов. М: Юрист, 2007. 412 с.

.Уголовное право России. Общая и Особенная части / Под ред. проф. В.П. Ревина. М.: Юристъ, 2007. 402 с.

.Российское уголовное право: В 2-х т. Т. 2. Особенная часть / Под ред. проф. А. И. Рарога. М.: Юрист-Инфра, 2008. 456 с.

.Уголовное право. Особенная часть / Под ред. проф. Н.И. Ветрова и проф. Ю.И. Ляпунова. М.: Юристъ, 2008. 456 с.

6.Уголовное право Российской Федерации: Особенная часть. Издание 3-е., дополненное и переработанное / Под редакцией О.Г. Ковалева. М.: Дашков и К0, 2009. 688 с.

.Уголовное право России. Части Общая и Особенная: Учебник / Под ред. М. П. Журавлева, А. В. Наумова, С.И. Никулина. М.: «Проспект», 2010. 704 с.