Роль конституционно-правовых принципов и практика их реализации в Российской Федерации

Курсовая работа

Конституционные принципы воплощают в себе в наиболее концентрированном виде дух и смысл Конституции. Именно поэтому они позволяют адаптировать конкретные конституционные нормы к постоянно изменяющимся условиям общественной жизни. «Буква» права сдерживает развитие конституционного права, но его «дух и смысл» животворны.

В настоящее время необходимо коренным образом изменить отношение к правовым (и в особенности — к конституционным) принципам. Раньше, в условиях господства правового позитивизма, они рассматривались как руководящие идеи, роль которых сводилась к тому, чтобы служить ориентиром для законодательного органа. Суды редко применяли их на практике [3. C. 24].

Сейчас же знать и применять конституционные принципы должны не только законодатели, суды, но и органы исполнительной власти, принимающие различные экономические и управленческие решения. Такие конституционные принципы, как принцип правового государства или соразмерности при ограничения прав и свобод, обладают очень высокой степенью операциональности.

Все это обуславливает актуальность темы исследования и определяет цель, объект, предмет и задачи исследования.

Объект исследования — конституционно-правовые принципы. Предмет исследования — роль конституционно-правовых принципов и практика их реализации в российском государстве.

Цель исследования — проанализировать конституционно-правовые принципы Российской Федерации.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

  • Выявить сущность и роль конституционно-правовых принципов в Российской Федерации.

Рассмотреть основные конституционно-правовые принципы и виды их классификации.

  • Проанализировать практику реализации отдельных конституционно-правовых принципов в Российской Федерации.

В курсовой работе были использованы логический метод, метод сравнения, метод анализа документов.

Теоретическую основу исследования составляют труды ведущих специалистов в области конституционного права, таких как Гаджиев Г.А., Комарова В.В., Смирнов А. и других.

Глава 1. Конституционно-правовые принципы: понятие и общая характеристика

конституционный правовой народовластие судебный

1.1 Конституционные принципы как основа конституционного строя

Конституционные принципы имеют объективный характер. Совершенно прав Г.В. Мальцев, который обосновал идею о принадлежности экономических законов и законов права к сфере объективных закономерностей социального развития.

13 стр., 6222 слов

Принципы и задачи уголовного права

... принципы, задачи уголовного права" и "принципы, задачи уголовного законодательства (Уголовного кодекса)". В следующем разделе будет проведен анализ принципов и задач непосредственно уголовного законодательства. 2. Анализ принципов и задач уголовного законодательства 2.1 Задачи уголовного ... демократическим, ни цивилизованным, ни уж точно правовым и социальным, обеспечивающим достойную жизнь ...

Исходные представления о содержании конституционного принципа, как свидетельствует герменевтика, составляют основу для возможного его толкования. Конституционный Суд придает толкованию конституционных принципов официальный характер, что имеет огромное значение, поскольку эти принципы — фундамент каждого государства. А, следовательно, размытость, аморфность или неопределенность нормативного содержания конституционных принципов непременно сказываются на состоянии государственности.

Государство, которое радикально меняет свои представления о содержании конституционных принципов и, что гораздо опаснее, старается приспособить их к текущей политической ситуации, не может считаться сильным. Сильным является государство, которое стабильно функционирует в соответствии с запретами, велениями, требованиями, составляющими содержание демократических конституционных принципов [6. C. 19].

Конституционный Суд находится вне текущего политического процесса, и потому именно этот орган государства в соответствии с Конституцией несет особую ответственность за стабильность, устойчивость понимания конституционных принципов, за их толкование. Пожалуй, эта функция Конституционного Суда имеет самое важное значение для обеспечения юридической безопасности общества и граждан.

Нельзя не отметить и то обстоятельство, что, выявляя содержание конституционных принципов, Конституционный Суд обладает достаточно высокой степенью самостоятельности в определении намерений конституционного законодателя.

Применение конституционных принципов при принятии судебных решений не может оставаться монополией высших судов Российской Федерации. Все суды должны оценивать конституционность применяемых нормативных правовых актов с учетом конституционных принципов и в случае необходимости обращаться с запросами в Конституционный Суд России.

Следовательно, поскольку все суды участвуют в судебном конституционном контроле за содержанием нормативных актов, все они должны участвовать и в разработке нормативного содержания конституционных принципов. Только в таком случае можно говорить о реальной самостоятельности судебной власти (что, кстати, также является конституционным принципом).

Только применяя правовые принципы суды в состоянии осуществлять дискреционные полномочия, составляющие саму суть судейского усмотрения. Возрастание внимания к конституционным принципам объективно связано с расширением сферы судейского усмотрения и повышением роли судебной власти.

Естественно, что расширение сферы судейского усмотрения возможно, если в обществе по этому поводу (а вопрос относится к числу весьма дискуссионных) будет достигнут компромисс.

В принципе, такой компромисс возможен, но только на базе укрепления доверия общества к судебной власти. И главную роль здесь должно сыграть само судейское сообщество России — разрабатывая внутрикорпоративные правила, обязательные для каждого судьи.

6 стр., 2653 слов

Соотношение права на обращение в суд, права на иск и права на судебную защиту

... реализации права на судебную защиту в процессуальных отношениях право на обращение в суд за защитой процессуально «обособляется», становясь элементом реализации права на судебную защиту. Этим не умаляется его конституционно-правовое «происхождение». Иск как процессуальное средство защиты «проявляется» в процессе благодаря реализации права на обращение в суд ...

Итак, есть безусловная связь между применением судами конституционных принципов, расширением судейского усмотрения и самостоятельностью судебной власти. Применение судами конституционных принципов означает, что они также принимают участие в правотворчестве. По меткому замечанию председателя Верховного Суда Израиля А. Барака, судья творит право, но делается это как бы малыми правотворческими актами; это законодательство между строк. Применяя конституционные принципы, судья может выступать в качестве законодателя в конкретном деле. Это меняет взаимоотношения судебной и законодательной власти в рамках принципа разделения властей.

Конституционные принципы — неисчерпаемая кладовая юридических знаний. «Разработкой» этих полезных ископаемых занимаются суды всех стран мира. Вот почему так важно общение между юристами, изучение взаимного опыта. Глобализация представлений о том, что из себя представляют важнейшие конституционные принципы, вполне возможна. Сближение, гармонизация в их истолковании — один из способов интернационализации экономики. Глубоко прав был Г. Еллинек, отмечавший, что правоведение унизит себя, если будет наукой только национального права.

Поэтому, размышляя над тем, какова роль конституционного права в регулировании экономики, было необходимо привлечь доступные мне решения высших судов Германии, Франции, США и стран Центральной и Восточной Европы. В Германии судья вряд ли рискнет положить в основу решения по конкретному делу только конституционный принцип. Иная ситуация в США, где судьи применяют их более решительно. Именно поэтому правообразующая, регулятивная функция суда в Соединенных Штатах более развита, наглядным проявлением чего является откровенное признание прецедентного права. Т.К. Хартли вообще считает, что ссылка суда на общие принципы права представляет собой маскировку открытого судебного нормотворчества.

Значение конституционных принципов, общих принципов права велико и в Германии (как и в других странах континентального права).

Однако в Европе суды пока еще не обладают той властью, которая по праву принадлежит американским судам. Итак, суды могут обладать большей или меньшей свободой в применении правовых принципов при решении конкретных юридических дел.

В России, где позитивистский подход к праву традиционно очень силен, суды раньше редко применяли правовые принципы. А.Л. Кононов верно подметил, что понятие принципов права в советской правовой доктрине существовало лишь как сугубо теоретическое, предельно идеологизированное; под принципами понимались не столько правовые, сколько политические идеи, которым отводилась роль ориентира лишь для законодателя, но не для судов.

Для реализации таких конституционных основ, как демократизм, народовластие, местное самоуправление, полезно было бы более четко определить в Конституции России, конституциях и уставах субъектов Российской Федерации основные принципы системы народовластия, форм реализации, быть может, и механизмов их осуществления. Возможно, следует вспомнить практику регулирования на конституционном уровне избирательной системы в виде отдельной главы.

Интерес к принципам конституционного права возник сравнительно недавно. По мнению Р.З. Лившица, принципы права надо выводить не из идеологических категорий, а из самой правовой материи. «Признавая в праве систему общественного порядка, средство общественного согласия, путь и средство предотвращения и разрешения разногласий, нужно соответственно конструировать и принципы права. Принципы охватывают всю правовую материю — и идеи, и нормы, и отношения — и придают ей логичность, последовательность, сбалансированность. В принципах права как бы синтезируется мировой опыт развития права, опыт цивилизации [4. C. 67].

4 стр., 1916 слов

Гражданское право, имущественные отношения: общие характеристики

... права (ст. 209 ГК) и определяет его субъектов (ст. 212 ГК), совпадающих с кругом субъектов гражданского права. 2.3. Обязательства Обязательственное право представляет собой составную часть (подотрасль) гражданского (частного) права, нормы которой непосредственно регулируют имущественный ...

Таким образом, конституционные принципы — как бы «сухой остаток» богатейшей правовой материи, ее суть, освобожденная от конкретики и частностей. Принципы играют роль ориентиров в формировании конституционного права. Напомним, эволюция права идет от идей к нормам, затем через реализацию норм — к общественной практике. И вот, начиная с появления идеи, а идея очень часто формируется в виде правового принципа, принцип определяет, направляет развитие конституционного права.

1.2 Общая характеристика конституционно-правовых принципов

Конституционный Суд РФ обосновал, что есть общие принципы права, получающие воплощение в конституционных принципах. Тем самым был решен вопрос о том, являются ли общие принципы права конституционными принципами. Статья 15 Конституции РФ ввела в российскую правовую систему две категории международно-правовых норм. Первую категорию составляют общепризнанные принципы и нормы международного права, установленные и признанные международным сообществом государств: нормы, содержащие основополагающие принципы международного права; нормы общего международного обычного права; общие принципы права, признанные цивилизованными нациями. Ко второй категории относятся нормы, содержащиеся в международных договорах Российской Федерации.

Видимо, все общие принципы права относятся в России к конституционными принципам, поскольку являются формой выражения общих принципов права. Складывается следующая иерархия — общие принципы права проявляются в конституционных принципах, которые, в свою очередь, преломляются в отраслевых принципах и нормах. Будучи конституционными, общие принципы права занимают свое специфическое место среди других источников права. Признание этого факта меняет соотношение полномочий в российской системе разделения властей: часть нормотворческих полномочий должна переходить от законодателя к суду. При наличии развитой судебной системы, применяя общие принципы права, как минимум, высшие суды должны выступать в качестве «конкретного законодателя в конкретном деле».

Общие принципы права — это положения (правила) объективного права (т.е. не естественного или идеального), которые могут выражаться, а могут и не выражаться в текстах законов, но обязательно должны применяться в судебной практике.

Жан-Луи Бержель обратил внимание на такую черту общих принципов права, как их менее строгий, точный и определенный характер, чем юридические предписания, содержащиеся в юридических текстах.

«Общие принципы, — Ж-Л. Бержель, — должны быть сформулированы, по крайней мере, судебной властью; они наделены такими качествами, как власть, строгость и применимость, и именно благодаря этому такими же качествами обладают размытые желания законодателя, выражаемые и конкретизируемые общими принципами» [3. C. 25].

Система конституционно-правовых принципов включает:. Конституционные принципы, являющиеся выражением таких общих принципов права, как:

12 стр., 5529 слов

Понятие авторского права в российском законодательстве

... — перечень охраняемых объектов, срок действия авторского права, вопросы правопреемства, возможные нарушения авторских прав и их защита, а также отдельные главы, посвященные авторским правам на литературные, музыкальные, драматические, художественные, фотографические произведения. В ...

  • а) принцип справедливости;
  • б) принцип соразмерности (пропорциональности) и сбалансированности при ограничении субъективных прав;
  • в) принцип юридической безопасности;
  • г) принцип добросовестности и недопустимости злоупотребления субъективными правами.. Общие конституционные принципы рыночной экономики:
  • а) принцип правового государства;
  • б) принцип демократии;
  • в) принцип разделения властей;
  • г) принцип равенства перед законом и судом;
  • д) принцип социальной рыночной экономики.

В конституционных принципах можно выделить (с известной долей условности, поскольку все нормы взаимосвязаны) три группы норм:

  • первая группа — общие нормы-принципы, характеризующие государственность и устанавливающие предпосылки реального народовластия;
  • вторая группа — нормы-принципы, основополагающие для института народовластия;
  • третья группа — специальные нормы, закрепляющие элементы механизма реализации высших форм народовластия.

К общим нормам-принципам можно отнести следующие конституционные установления:

  • Россия — правовое, демократическое государство с республиканской формой правления (ст. 1);
  • человек, его права и свободы являются высшей ценностью (ст. 2).

    Данный фундаментальный принцип предполагает, что все действия субъектов права (в том числе коллективных) должны соизмеряться с приоритетным положением человека в государстве и обществе;

  • верховенство закона (ст. 15).

    Соблюдение законов является всеобщей обязанностью, которая распространяется и на государство (в виде его органов и должностных лиц), и на гражданское общество (в виде граждан и их объединений);

  • идеологическое многообразие, политическое многообразие, многопартийность (ст. 13);
  • равенство субъектов права перед законом и судом (ст. 13, 19).

носителем суверенитета и единства источников власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ (ч. 1 ст. 3);

  • народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления (ч. 2 ст. 3);
  • высшим непосредственным выражением власти народа является референдум и свободные выборы (ч. 3 ст. 3);
  • граждане Российской Федерации имеют право участвовать в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей (ч.

1 ст. 32).

Конституционное право граждан на участие в управлении делами государства традиционно считается основным, определяющим саму природу политических прав и свобод граждан. Объем правового регулирования нормы, закрепляющей права граждан на участие в управлении делами государства, выходит далеко за рамки обычного субъективного права, вторгаясь в пределы действия других политических прав и свобод граждан: избирательного права, права на участие в референдуме и многих других. Возможно, право граждан на участие в управлении государственными и общественными делами является не столько субъективным правом, входящим в систему политических прав и свобод, сколько основополагающим принципом взаимоотношений между демократическим государством и его гражданами. Данный принцип реализуется в первую очередь посредством осуществления политических прав и свобод граждан.

3 стр., 1431 слов

Повторные и дополнительные экспертизы. Права и обязанности эксперта. ...

... повторной или дополнительной судебной экспертизы. Дополнительная и повторная экспертиза Дополнительная судебная экспертиза может выходить за пределы первоначальных исследований, но она всегда относится к тому же роду и виду судебных экспертиз, что и ... в Российской Федерации) Основания для назначения повторной экспертизы, принципиально отличаются от оснований к назначению дополнительного экспертного ...

Право граждан на управление делами государства есть реализация принципа народовластия. Это право раскрывается в целом ряде конкретных форм его осуществления:

  • местное самоуправление осуществляется гражданами путем референдума, выборов, других форм прямого волеизъявления, через выборные и другие органы местного самоуправления (ч. 2 ст. 130 Конституции РФ);
  • местное самоуправление в Российской Федерации обеспечивает самостоятельное решение населением вопросов местного значения, владение, пользование и распоряжение муниципальной собственностью (ч. 1 ст. 130);
  • структура органов местного самоуправления определяется населением самостоятельно (ч. 1 ст. 131);
  • граждане Российской Федерации имеют право на объединения (ст. 30);
  • граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование (ст.

31);

  • граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления (ст. 33).

Третья группа конституционных установлений, которую мы условно определили как специальные, включает в себя нормы, закрепляющие элементы механизма реализации народовластия в России:

  • граждане Российской Федерации имеют право избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления, а также участвовать в референдуме (ч. 2 ст. 32);
  • не имеют право избирать и быть избранными граждане, признанные судом недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда (ч. 3 ст. 32);
  • ссылка на наличие федерального конституционного закона о референдуме Российской Федерации (ст.

84), специальных федеральных законов о порядке выборов Президента Российской Федерации (ст. 81) и о порядке формирования Совета Федерации и выборах депутатов Государственной Думы (ст. 96);

  • обязанность Президента Российской Федерации назначить референдум (ст. 84);
  • отсутствие права назначить референдум у временно исполняющего обязанности Президента Российской Федерации (ст. 92);
  • обязанность Президента Российской Федерации назначить выборы Государственной Думы (ст. 84, 111, 117);
  • установлении гарантий проведения выборов: выборы Президента Российской Федерации должны состояться не позднее трех месяцев с момента досрочного прекращения исполнения полномочий в случае его отставки, стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия или отрешения от должности (ст.

92); в случае роспуска Государственной Думы Президент Российской Федерации назначает дату выборов, с тем, чтобы вновь избранная Государственная Дума собралась не позднее чем через четыре месяца с момента роспуска (109);

  • обязанность Совета Федерации назначить выборы Президента Российской Федерации (ст. 102);
  • закрепление принципов выборов Президента Российской Федерации: на основе всеобщего равного и прямого избирательного права при тайном голосовании (ст. 81);

установление избирательных цензов:

  • Президентом Российской Федерации может быть избран гражданин Российской Федерации не моложе 35 лет, постоянно проживающий в Российской Федерации не менее 10 лет, одно и то же лицо не может занимать должность Президента Российской Федерации более двух сроков подряд (ст. 81);
  • депутатом Государственной Думы может быть избран гражданин Российской Федерации, достигший 21 года и имеющий право участвовать в выборах;
  • одно и то же лицо не может одновременно являться членом Совета Федерации и депутатом Государственной Думы;
  • депутат Государственной Думы не может быть депутатом иных представительных органов государственной власти и органов местного самоуправления (ст.

97) [4. C. 137-139].

34 стр., 16934 слов

Конституционное право зарубежных стран (5)

... права каждой страны, представляющая собой совокупность правовых норм регулирующих основы конституционного строя, взаимоотношения государства и личности, государственное устройство и основные органы власти, ... действия) субъекта, который соответствует требованиям Конституции) и запрещающие (содержат запреты на совершение определенных действий) нормы. 2) По функциональной направленности - материальные ...

Таким образом, круг конституционно-правовых принципов достаточно широк и существуют различные способы их классификации.

Глава 2. Анализ роли отдельных конституционно-правовых принципов

2.1 Конституционный принцип самостоятельности судебной власти в Российской Федерации

Конституционный принцип самостоятельности судебной власти объективно обусловлен тем, что Конституция России обозначает три важнейшие функции государственной власти.

Государство обязано: 1) признавать, 2) соблюдать и 3) защищать права и свободы человека и гражданина (ст.2 Конституции России).

Каждая из этих функций государственной власти носит самостоятельный характер. Признание прав и свобод обеспечивается благодаря усилиям, прежде всего, законодательной ветви власти. Соблюдение прав и свобод — это функция, которую должны осуществлять органы исполнительной власти. И, наконец, защита прав и свобод — прерогатива судебной власти.

Судебная защита прав и свобод посредством осуществления правосудия — конституционная «монополия» судов. Правосудие в РФ осуществляется только судом (ч.1 ст.118 Конституции).

Судебная защита прав и свобод является формой их гарантирования (ч.1 ст.17 Конституции).

Государственная защита прав и свобод человека и гражданина гарантируется (ч.1 ст.45 Конституции).

Вот почему столь важно иметь надежную судебную власть, самостоятельную и независимую от других ветвей власти. Непременное условие реального осуществления судебной властью своей конституционной функции — ее приверженность идее защиты права, которое, как известно, представляет собой только минимум нравственности. «Моральная подкладка» есть не у каждого закона и, следовательно, осуществление правосудия осложняется в тех случаях, когда закон утрачивает нравственные ориентиры [2. C. 34].

В этих случаях проблема самостоятельности судебной власти приобретает важное методологическое, профессионально-мировоззренческое значение.

Осознание идеи самостоятельности судебной власти находится в русле самоидентификации судьями своей роли и вытекающих из нее задач. Они должны быть готовы к гипотетической ситуации, когда органы законодательной и исполнительной власти будут превратно понимать суть конституционализма. Поэтому особое значение имеет гражданская и нравственная позиция судей.

Следовательно, руководствуясь конституционным принципом самостоятельности, судейское сообщество России — корпорация судей — должно осуществлять практические меры по разъяснению стоящих перед ним целей. Ответственность судейской корпорации перед гражданским обществом трудно переоценить.

11 стр., 5353 слов

Порядок пересмотра Конституции РФ и принятия конституционных поправок

... принятия федеральных законов и федеральных конституционных законов, что и характеризует Конституцию Российской Федерации как "жёсткую". 1.2. Стабильность Конституции. Особый, усложнённый порядок пересмотра Конституции Российской Федерации и принятия конституционных поправок, "жёсткость" Конституции обеспечивает стабильность Конституции. Конституционные ...

Существуют ли какие-либо объективные критерии, по которым можно определять степень самостоятельности судебной власти? Можно ли обнаружить критерии истинности одного из двух высказываний: «судья в России меньше, чем судья» и «судья в России больше, чем поэт»?

Полагаем, попытка сформулировать такие критерии может быть успешной при условии учета, как конституционных положений, так и действующего текущего законодательства и практики его применения.

Для того чтобы судебная власть являлась бастионом защиты прав и свобод, она имеет конституционно гарантированную возможность не просто применять закон, но и подвергать его предварительной проверке и оценке.

Функция оценки применимости подлежащего применению закона коренным образом отличает российский суд от советского суда, который, как известно, не признавался самостоятельным органом власти. В главе 7 Конституции России «Судебная власть» развиваются положения конституционного принципа самостоятельности судебной власти как одного из принципов основ конституционного строя, то есть принципа, лежащего в фундаменте всей системы правовых норм о самостоятельности судебной власти.

В соответствии с ч.4 ст.125 Конституции России, применяя закон, подлежащий применению в конкретном деле, суд общей юрисдикции, арбитражный суд должен убедиться в его конституционности. При рассмотрении дела в любой инстанции, придя к выводу о несоответствии Конституции РФ закона, примененного или подлежащего применению в указанном деле, суд обращается в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке конституционности данного закона (ст.101 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации») [5. C. 87].

Защищая права, суды должны также учитывать, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора (ч.4 ст.15 Конституции России).

Поставив нормы международных договоров выше в вертикальной иерархии юридических норм, чем нормы законов Российской Федерации, Конституция России исходит из их приоритета. Закон «О международных договорах Российской Федерации» в порядке конкретизации конституционного положения устанавливает, что положения официально опубликованных международных договоров РФ, не требующие издания внутригосударственных актов для их применения, действуют в РФ непосредственно.

Конституционный принцип самостоятельности судебной власти предполагает наличие определенных запретов, ограничений, адресованных другим ветвям власти, и прежде всего власти законодательной, создающей законы, которым, в свою очередь, должны подчиняться суды (ч.1 ст.120 Конституции).

Проблема нормативного содержания конституционного принципа самостоятельности постоянно привлекает внимание Конституционного Суда России. Существует целый ряд решений, причем их количество столь значительно, что можно утверждать, что мы имеем дело с ясно выраженной судебной политикой, цель которой — повышение самостоятельности судов.

3 стр., 1499 слов

Особенности Конституций республик в составе Российской Федерации

... конституционной корреляции республиканского законодательства с законодательством Федерации, в составе которой состоят республики. Согласно Конституции Республики Ингушетия законы и другие нормативно-правовые акты органов государственной власти и управления Российской Федерации правомерны на территории Республики ...

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 12 марта 2001 года по делу о проверке конституционности ряда положений федеральных законов о банкротстве суд на основе оценки действующего порядка возбуждения производства по делам о банкротстве (не предоставлявшего должнику надлежащих процессуальных гарантий того, что определение арбитражного суда о принятии заявления о признании должника банкротом, и, следовательно, введение такой процедуры банкротства, как наблюдение, будет обоснованным и правомерным) пришел к выводу, что такое решение выносится в условиях несоблюдения общеправового принципа audi alteram partem (выслушать обе стороны) [5. C.59].

Результат такого регулирования — отсутствие эффективного судебного контроля за данной процедурой банкротства. При наличии формальных требований, определенных в п.2 ст.5 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный суд был лишен возможности проверить обоснованность и реальность требований к должнику, и, таким образом, наблюдение вводилось автоматически.

И далее Конституционный Суд РФ сформулировал позицию: «Между тем в силу принципа самостоятельности судебной власти (статья 10 Конституции РФ) законодатель не вправе лишать суд необходимых для осуществления правосудия дискреционных полномочий».

Итак, конституционный принцип самостоятельности судебной власти предполагает, что суды обладают определенными полномочиями, содержание которых связывается с наличием определенной дискреции, то есть судейского усмотрения, и ограничивающих полномочия законодательных и исполнительных органов власти.

О самостоятельности судебной власти как объективно необходимом признаке судов, осуществляющих правосудие, можно судить и в зависимости от того, какие органы государства обладают интерпретационными полномочиями. Советская Конституция допускала широкие возможности так называемого аутентичного толкования законов, осуществляемого обычно президиумами верховных советов СССР и союзных (и автономных) республик.

В настоящее время интерпретационные полномочия принадлежат судам. Конституционный Суд РФ по запросам Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ, органов законодательной власти субъектов РФ дает толкование Конституции Российской Федерации. Официальное толкование Конституции РФ является юридической монополией Конституционного Суда РФ (ч.5 ст.125 Конституции РФ).

Конституционный Суд РФ толкует конституционные нормы при рассмотрении любого дела, в том числе и по запросам органов государственной власти, и по жалобам частных лиц на нарушение конституционных прав и свобод законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле (ч.2 и 4 ст.125 Конституции РФ), или при разрешении спора о компетенции (ч.3 ст.125 Конституции РФ).

Такое толкование Конституции носит во всех случаях официальный характер. Вместе с тем различается каузальное и абстрактное толкование Конституции Конституционным Судом [2. C. 36].

При каузальном толковании суд, осуществляя интерпретацию конституционной нормы, имеет конкретную цель проверки конституционности юридической нормы. Акт толкования получает свое выражение прежде всего в мотивировочной части решения суда и носит вспомогательный характер при выработке окончательного вывода суда о соответствии проверяемых норм Конституции.

При абстрактном толковании Конституционный Суд дает специальное, обладающее официальным и общеобязательным характером разъяснение положений федеральной Конституции, не «привязанное» к разрешению конкретного дела. Поэтому круг лиц, обладающих правом обращения в Конституционный Суд с запросом о толковании Конституции РФ, более узок, чем обладающих правом запроса о проверке конституционности нормативных актов (ч.2 и 5 ст.125 Конституции РФ).

В качестве критерия самостоятельности судебной власти (применительно к конституционному судопроизводству) можно рассматривать так называемое конституционное истолкование обычных законов, которое в практике Конституционного Суда РФ получило широкое распространение.

В соответствии со ст.74 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», проверяя конституционность нормативных правовых актов, Конституционный Суд должен оценивать как буквальный смысл рассматриваемого акта, так и смысл, придаваемый ему официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой.

Используя эту норму, Конституционный Суд РФ применяет такую судебную технологию, как конституционное истолкование проверяемых на конституционность нормативных актов. В немецкой доктрине такой способ толкования получил название конституционно-конформного толкования.

Требование Закона о Конституционном Суде РФ оценивать как буквальный смысл проверяемого правового акта, так и смысл, придаваемый ему в результате толкования сложившейся правоприменительной практикой, имеет принципиально важное значение.

Законодатель установил, что предметом исследования в конституционном судопроизводстве должен быть не первоначальный текст правовой нормы, а реальная правовая норма, полученная в результате преобразования «первоначальной» нормы посредством: а) официального ее истолкования; б) иного истолкования; в) либо в результате сложившейся правоприменительной практики.

Данная правовая норма в ее преобразованном виде, являясь особой правовой реальностью, и должна оцениваться Конституционным Судом. Такой «социологический» подход к предмету судебного конституционного контроля представляется очень плодотворным.

При проверке конституционности норм текущего законодательства Конституционный Суд РФ нередко выявлял, что проверяемая норма может быть истолкована по-разному. Причем при одном варианте ее истолкования содержание нормы соответствует конституционным нормам, а при другом — не соответствует.

В конституционном судопроизводстве существует презумпция добросовестности законодателя. Применение такой презумпции является одним из требований, составляющих нормативное содержание конституционного принципа правового государства. В основе ее — высокая вероятность того, что, создавая правовую норму, законодатель стремился к тому, чтобы они не противоречили Конституции. Цель презумпции, если подходить к ней с точки зрения телеологии, — достижение стабильности правового регулирования.

Презумпция добросовестности законодателя (или, иными словами, презумпция конституционности закона) представляет такое правовое средство, применение которого является обязательным в силу закона и которое отражает в той или иной степени действие теории вероятности в области юриспруденции.

Руководствуясь указанной презумпцией, Конституционный Суд должен использовать все возможные варианты истолкования нормы, даже такие, которые сопровождаются ее совершенствованием с учетом «погружения» проверяемой нормы в систему конституционных норм и принципов.

В 2001 году, в рамках очередного этапа судебной реформы, в Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации» были внесены изменения и дополнения. Не все они адекватно воплощают конституционную модель самостоятельности суда.

В соответствии с ч.2 ст.79 «Юридическая сила решения» названного федерального конституционного закона решение Конституционного Суда РФ не требует подтверждения другими органами и должностными лицами, а юридическая сила постановления Конституционного Суда РФ о признании акта неконституционным не может быть преодолена повторным принятием этого же акта [5].

Н.В. Витрук правильно обращает внимание на то, что если нормативный акт (федеральный закон, указ Президента РФ, постановление Правительства РФ, закон или другой нормативный акт субъекта РФ) либо отдельное его положение признаны не соответствующими Конституции РФ, то решение Конституционного Суда РФ является самодостаточным и не требуется издания органом, издавшим этот нормативный акт, нового акта об отмене неконституционного акта либо отдельного его положения, ибо в таком случае, выражаясь языком кибернетиков, такой акт будет не чем иным, как «информационным шумом». Поэтому нельзя считать оправданным, правомерным и конституционным новое положение, введенное в ч.4 ст.79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Федеральным конституционным законом от 15 декабря 2001 года, согласно которому в случае, если решением Конституционного Суда РФ нормативный акт признан не соответствующим Конституции РФ полностью или частично, государственный орган или должностное лицо, принявшие этот нормативный акт, рассматривают вопрос о принятии нового нормативного акта, который должен, в частности, содержать положения об отмене нормативного акта, признанного не соответствующим Конституции РФ. Такое требование противоречит здравому смыслу: зачем отменять то, что уже не действует и не существует.

2.2 Конституционные принципы рыночной экономики и их реализация

Концепция прав и свобод человека как высшей ценности позволила законодательно сформулировать сами права на предпринимательскую деятельность и на частную собственность, поскольку предприимчивость и предпринимательство органически свойственны природе человека. Данные права, как и другие неотъемлемые права, относятся, следовательно, к правам, признание и соблюдение, а также защита и охрана которых являются обязанностью государства.

Концепция признания высшей ценностью прав и свобод человека связана в Конституции с принципом правового государства.

Правовое государство — это не просто государство, соблюдающее существующие законы, а государство, признающее и обеспечивающее идею господства права, которая выражается в том, что государство не создает и не дарует людям их права, принадлежащие им от рождения и являющиеся неотчуждаемыми, а только признает их, соблюдает и защищает как высшую ценность [3. C. 26].

Для реальной защиты прав человека в стране существует Конституционный Суд, призванный пресекать такие решения государства, оформляемые законами, которыми, основываясь на принципе демократии, парламентское большинство нарушает права меньшинства, защищаемые конституционным правом.

Принцип демократии наиболее упрощенно может трактоваться как принцип большинства, т.е. как демократический процесс принятия решений.

Система принятия решений большинством голосов — это один из императивов конституционного принципа демократии. По мнению Е.В. Бекеферде, «демократия как форма государства и способ правления превращается… в организационный принцип обладания государственной властью и ее осуществление. Содержание этого принципа раскрывается в ряде принципиальных положений, характеризующих структурные элементы демократии».

Прав Андраш Шайо, утверждающий, что вместе с тем принцип большинства (а особенно господство права большинства) нельзя отождествлять с демократией (даже если свести демократию к принятию решений): в демократическом процессе принятия решений могут сложиться ситуации, не разрешимые на основе принципа большинства.

Сама суть конституционной демократии сводится к тому, что отдельные вопросы изымаются из круга вопросов, принимаемых на основе большинства голосов. В решении Верховного Суда США по делу West Virginia State Board of Education v.Barnette (319 V.S. 624, 638) содержится следующее разъяснение: «Подлинная цель Билля о правах (первых десяти поправок к американской Конституции.) состояла в том, чтобы изъять определенные темы из замкнутого круга политических дебатов, чтобы исключить их из круга вопросов, решаемых путем большинства, и таким образом закрепить их в качестве таких правовых принципов, которые применяются судами… Нельзя проводить голосование по вопросу основных прав и свобод, они не зависят от исхода каких бы то ни было выборов» [1. C. 257].

Конституционный принцип демократии требует, чтобы суд обладал определенными дискреционными правами, составляющими суть судебной деятельности.

Именно поэтому, исходя из конституционных принципов демократии и самостоятельности судебной власти, Конституционный Суд РФ, анализируя норму п. 7 ст. 21 Федерального закона «О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в Российской Федерации», сформулировал в Постановлении от 25 июля 2001 г. N 12-П (см. § 2 гл. 1) очень важную правовую позицию, затрагивающую взаимоотношения законодательной и судебной власти: «…В силу принципа самостоятельности судебной власти (статья 10 Конституции Российской Федерации) законодатель не вправе лишать суд присущих исключительно ему полномочий — иное противоречило бы статье 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации».

Соотношение судейского усмотрения и принципа демократии глубоко исследовал Аарон Барак. Он откровенно признает: судейское усмотрение означает, что судья творит право («Это делается как бы малыми правотворческими актами; это законодательство между строк»).

Отвечая на вопрос, как должно осуществляться судейское усмотрение, чтобы оно оставалось совместимым с потребностями демократического общества, основанного на разделении властей, А. Барак утверждает, что «формально судейское творчество выводит свою законность от самого парламента. Законодательствование — это переход к толкованию; …судейское творчество выводит свою силу из основных принципов самой демократии. Эти принципы уравновешивают господство большинства с господством основных ценностей народа. Судья, который, осуществляя свое усмотрение, выражает это равновесие, действует в рамках демократической концепции общества.

Исходя из важнейшего принципа «все равны перед законом и судом» (ч. 1 ст. 19 Конституции), можно сделать вывод о том, что субъекты предпринимательской деятельности равны перед законом, т.е. государство не вправе вводить неоправданные льготы или преференции или неравный режим их функционирования в одинаковых отношениях и ситуациях. В этом смысле субъекты частного предпринимательства (в различных его правовых формах — без привлечения наемного труда и с его привлечением, фермерские хозяйства и т.д.), предпринимательства в государственном секторе экономики должны обладать единым конституционным статусом.

Как отмечает Ю.В. Капранова, закрепленный в Конституции России принцип равноправия несет в себе огромный, но недостаточно реализованный потенциал, служит непосредственным основанием для принятия государственно-правовых решений и в сфере правотворчества, и в сфере правоприменения, а также в случаях пробелов в законе, при толковании отдельных законоположений.

Принцип равенства относим ко всем основным правам человека. Вместе с тем он по-разному проявляется применительно к отдельным правам. В отношении личных прав данный принцип означает преимущественно формальное равенство. Так, например, право, предусмотренное в ч. 2 ст. 22 Конституции России, в силу которого арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению, не может зависеть от того, достиг гражданин совершеннолетия или нет. Но применительно к экономическим правам формальное равенство оказывается недостаточным, более того — оно может обернуться неравенством.

Право государства, принимая законы, ограничивать основные права и свободы предпринимателей, и, прежде всего, право на свободу и принцип равенства, привлекало внимание не только юристов, но и философов и экономистов. Именно здесь пролегает самый глубокий водораздел в экономических и философских воззрениях ХХ в. Самые популярные социально-политические учения ХХ в. — социалистическая, кейнсианская (доктрина «государства благосостояния»), и неолиберальная — различаются прежде всего в трактовке понятия свободы, включая в него и понятие экономической свободы, или свободы предпринимательства.

Ядро либеральной концепции свободы составляет понятие «зоны приватности», т.е. сферы личной жизни, огражденной законом от вторжения как государства, так и других индивидуумов. Необходимым материальным условием для этого служит институт частной собственности. Однако неолиберализм не противопоставляет свободу человека и конституционный правопорядок. Напротив, свобода может существовать только в рамках закона, который ограничивает свободу каждого настолько, насколько это необходимо, чтобы обеспечить равную свободу для всех. Поэтому идеалом для таких представителей неолиберальной концепции, как Ф. Хайек, Р.А. Даль, М. Фридман, является правительство, которое ограничивает сферу экономической политики, сферу принятия государственными органами решений по вопросам экономики до минимума. Предельно четко эти взгляды выразил М. Фридман: «Гражданин США, который по существующим в разных штатах законам не волен трудиться на избранном им поприще, если он не заручился на то патентом или лицензией, точно так же лишается существенной доли своей свободы. То же самое относится к человеку, который желает выменять какие-то свои товары, скажем, на часы у швейцарца, но не может этого сделать из-за импортной квоты. То же самое относится к калифорнийцу, угодившему в тюрьму в соответствии с так называемыми «законами о справедливой торговле» за то, что он продавал противопохмельное средство «Алка Зельцер» по цене ниже той, которую установил производитель. То же самое относится и к фермеру, который не может выращивать столько пшеницы, сколько захочет. И так далее. Совершенно очевидно, что экономическая свобода сама по себе есть наиважнейшая часть общей свободы».

Нельзя не согласиться с Ж.Х. Македонской в ее оценке, согласно которой «признание нашего государства социальным на сегодняшний день надлежит рассматривать скорее не как реальность или состоявшееся явление, а как одну из первостепенных задач, которую предстоит решить в ходе реформирования России». Прав М.А. Митюков, исследующий историю появления в российской Конституции принципа социального государства, в том, что «теоретические разработки концепции социального государства в отечественном государствоведении, к сожалению, находятся в зачаточном состоянии…» [4. C. 161].

Таким образом, конституционно-правовые принципы рыночной экономики в Российской Федерации получили в последнее время свое развитие, однако их реализация требует пристального внимания, как со стороны теоретиков, так и юристов и управленцев.

Заключение

По итогам проведенного исследования можно сделать следующие выводы. России предстоит «определяться» — либо предоставить судам в значительно большей степени право апеллировать к конституционно-правовым принципам в процессе защиты прав, либо по-прежнему полагаться на «мудрость законодателя».

Конституционные принципы — неисчерпаемая кладовая юридических знаний. Разработкой этих полезных ископаемых занимаются суды всех стран мира. Вот почему так важно общение между юристами, изучение взаимного опыта. Глобализация представлений о том, что из себя представляют важнейшие конституционные принципы, вполне возможна. Сближение, гармонизация в их истолковании — один из способов интернационализации экономики. Глубоко прав был Г. Еллинек, отмечавший, что правоведение унизит себя, если будет наукой только национального права.

На наш взгляд, это один из самых важных вопросов осуществляемой в России судебной реформы. Как и много лет назад, имеются и сторонники, и противники усиления судебной власти.

Необходимо учитывать, что конституционная модель самостоятельности судебной власти, модель самостоятельности российских судов, предусмотренная в текущем законодательстве, и, наконец, реальная, фактическая самостоятельность судов могут не совпадать. В таком случае важно на доктринальном уровне уяснить конституционную модель самостоятельности судебной власти и «подтягивать» к ней законодательную модель и не допускать расхождения с ней фактической самостоятельности судов.

Принцип социальной рыночной экономики представляет собой симбиоз конституционных принципов социального государства и свободы экономической деятельности.

Конституция России не дает определения социального государства, указывая только на его общие цели. В социальном государстве должна проводиться политика, направленная на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (ч. 1 ст. 7).

Конституция определяет самые общие контуры социальной политики или задачи, которые должны быть в поле зрения государства, претендующего на признание в качестве социального. Это — охрана труда и здоровья людей, установление гарантированного минимального размера оплаты труда, обеспечение государственной поддержки семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развитие системы социальных служб, установление государственных пенсий, пособий и иных гарантий социальной защиты (ч. 2 ст. 7).

Список использованных источников и литературы

[Электронный ресурс]//URL: https://inauka.net/kursovaya/konstitutsionnyie-printsipyi-2/

1.Гаджиев Г.А. Конституционные принципы рыночной экономики (развитие основ гражданского права в решениях Конституционного Суда Российской Федерации).

— М.: Юристъ, — 2008. — 347с.

  • Гаджиев Г.А., Конституционный принцип самостоятельности судебной власти в Российской Федерации // Журнал российского права, — 2008. — № 1. — С. 34-39.
  • Комарова В.В., Конституционно-правовые принципы народовластия в России // Законодательство и экономика, 2007.

— № 6. — С. 23-27.

4.Комментарий к Конституции Российской Федерации. — М.: Приор, — 2009. — 215с.

5.Конституционный Суд Российской Федерации. Постановления. Определения. — М.: Юрайт. — 2009. — 216с.

6.Смирнов А., Конституционный принцип равенства // Эж-ЮРИСТ, — 2007, — № 26, — С. 18-25.