Правовые основы легализации документов

С развитием международных хозяйственных связей, установлением деловых контактов с иностранными партнерами, с выездом российских граждан на работу, учебу, временное или постоянное жительство за границу заметно увеличивается и поток документов, направляемых российскими гражданами и юридическими лицами в различные государства и поступающих от субъектов международных хозяйственных связей из других государств в Российскую Федерацию.

К сожалению, правовой механизм признания, установления эквивалентности, нострификации, удостоверения подлинности и апостилляции документов иностранных государств разработан далеко не в полной мере и известен очень узкому кругу специалистов и исследователей. Этот факт подтверждает сложившаяся арбитражная практика по разрешению дел с участием иностранных лиц и действию международно-договорных норм процессуального характера.

Научно-исследовательские работы (научные статьи, монографии) по юриспруденции, анализирующих развитие легализационных правил в сфере международного документооборота, дипломатики, палеографии, практически отсутствуют. Этому можно найти соответствующее оправдание в форме критики периода «опубличивания» частного права, но данная критика не является предметом исследования, хотя и не исключает ее.

Предметом исследования служит правовое и смысловое единство института легализации, анализ общих и отличительных черт различных правоприменительных механизмов и режимов признания, удостоверения, засвидетельствования, подтверждения доказательственной силы иностранных документов.

Методологическую основу исследования составляют логический, исторический, компаративный, системно-правовой и сравнительно-правовой методы. Применение сравнительного метода исследования имеет свои характерные черты, которые определяются спецификой регулируемых международным частным правом отношений и «плюрализмом правовых систем».

Глава 1. Общая характеристика легализации документов как института международного частного права, .1 История документирования и признания документов иностранных государств

В эпоху раннего Средневековья развитие торговли с иноземными купцами привело к появлению ранних зачатков правовых норм в этой сфере. В качестве примера ученые приводят договоры князя Олега с греками (911 г.) князя Игоря с греками (944 г.), «глосса Аккурсия» (1228 г.) и ряд других документов.

Древнерусская дипломатическая правовая мысль, нашедшая отражение в договорах с Византией (907, 911, 944 гг.), основывалась на нормах русского и византийского права, которые возводились в нормы права международного. Договоры о мире, дружбе и взаимной торговле обеспечивали русским послам, купцам и служившим в Византии наемникам личную безопасность, а также сохранность их челяди и имущества при жизни владельца и после его смерти. Последнее положение, как полагают, наиболее ранняя норма международного частного права Средневековья.

6 стр., 2669 слов

Предмет международного частного права

... ссылаться непосредственно на эти нормы при разрешении споров. Возвращаясь к вопросу о наименовании, отметим, что одним и тем же термином "международное частное право" обозначаются и система норм (отрасль права), и отрасль ...

Российские историки, юристы международники (Ф.И. Кожевников, Д.Б. Левин, В.А. Рогов и др.) неоднократно обращались к исследованию первых договоров Руси с греками. В их работах рассматривались содержание и форма этих договоров как источников международного права, подчеркивался их прогрессивный характер. Эти договоры устанавливали более гуманный, чем в Европе, режим для иностранцев, отрицали право местного феодала обращать в свою собственность имущество умершего на его земле иностранца и ряд других важных положений.

Между тем, многие аспекты первых договоров Руси остаются еще до конца не выясненными. В «Повести временных лет» помещены четыре договора Руси с Византией, отнесенные летописцем к 907, 911, 944 и 971 гг. Подлинность двух последних договоров (944 и 971 гг.) не вызывает сомнений: события, в результате которых они были заключены, засвидетельствованы как древнерусскими, так и византийскими источниками. А вот два первых договора вызывают серьезные вопросы, которые, по сути, и ныне окончательно не решены.

В историографической литературе берется под сомнение подлинность договоров 907 и 911 гг. Высказывается, в частности, мысль о том, что оба договора, приписанные Олегу, представляют собой искусственную конструкцию, возникшую в результате переноса на более раннее время сведений о вполне реальном походе Игоря и его последствиях. При этом вопрос рассматривается в несколько ином временном аспекте, базируясь на комплексе исторического и сравнительно-правового методов исследования. Так, М.Ю. Брайчевский в конце 70-х гг. в отношении этих соглашений Руси с греками ставит вопросы, актуальность которых несомненна и в настоящее время. Тем более что тексты, дошедшие до нас в «Повести временных лет», являются первыми славянскими вариантами, написанными от имени Руси.

Речь идет о международном признании России (opinio juris), формальной стороне юридической силы таких соглашений, подлинности содержащихся в них сведений, форме (письменной и устной), реквизитах, языках, времени подписания, характере языческой клятвы, системе летоисчисления (константинопольская либо александрийская), аутентичности и идентичности экземпляров, их количестве и качестве, лицах, уполномоченных на подписание таких соглашений.

Анализ летописных текстов позволил на основе выявленных исторических ошибок, грубых нелепостей, небрежного редактирования установить время и цели фальсификации, которая впервые была осуществлена книжниками Ярослава Мудрого, а затем усугублена автором третьей редакции «Повести временных лет» — сыном Владимира Мономаха Мстиславом во благо прославления первых Рюриковичей. Из летописного повествования было устранено все, что могло послужить вящей славе Киевичей, в частности Дира и Аскольда. Практически исчезли, например, сведения о первой христианизации Руси при патриархе Фотии, зафиксированной византийскими источниками (Фотий, Константин Багрянородный и др.), арабскими авторами (Ибн-Хордадбег, ал-Масуди, ал-Марвази).

По вопросу исторической интерпретации договоров 907 и 911 гг. существует множество литературы.

4 стр., 1892 слов

Суд в Киевской Руси

... некоторых процессуальных действий в связи с конкретными преступлениями. Договор 944 г. ввел систему неподсудности подданных византийского императора судебным органам Великого княжества киевского. Основные законодательные источники Древней Руси – это «Правда Ярославичей» ...

Для нас первостепенное значение имеют сообщения источников о юридически оформленных договорах Руси с греками, заключенных по окончании походов Аскольда, так как они являются и юридическим признанием Древней Руси.

В результате военных походов Аскольда на Византию появились два документа, в которых нашло юридически санкционированное отражение развитие отношений между империей и Русью. Первый из этих документов, датированный 907 г., на самом деле был заключен в 860 г., он не имел официального письменного текста и носил характер предварительного соглашения. В его содержании были отражены факты прекращения военных действий, уплаты греками контрибуции, обещание впредь выплачивать дань Руси и самая общая регламентация торговых и дипломатических взаимоотношений на перспективу.

В дальнейшем реализация достигнутых соглашений приводила к неизбежным недоразумениям, осложнениям и конфликтам, обусловленным существенными различиями в древнерусском и византийском праве и судопроизводстве. Один и тот же казус по-разному решался на Руси и в империи — отсюда чисто юридические сложности и противоречия. Конфликты, спровоцированные этими различиями, вызвали новый поход Аскольда на Византию.

Тем не менее, жизненные интересы обеих стран настоятельно требовали выработки общей юридической платформы для практического решения частных повседневных проблем. Такой платформой стал новый договор, заключенный с императором Василием I Македонии в 874 г. в результате «бескровного» похода Аскольда. Текст договора содержал более подробную и конкретную регламентацию как имущественных, так и уголовно-правовых отношений. К этому времени Русь была для греков уже не страшным и неведомым варварским народом, библейским Гогом и Магогом, карой господней за грехи и преступления, а привычным контрагентом, с которым стоило поддерживать активные дипломатические и торговые отношения. Данный договор имел завершенную письменную форму и помещен под 911 г. текстуально.

Общеизвестно, что подлинный документ отражает фактическое состояние дел.

Проблемой варягов, вопросами доказательственной силы исторических документов, их юридического признания занимались многие русские ученые, каждый вносил что-то свое, и все в чем-то ошибались. Теория обрастала фактами, усложнялась, развивалась и модернизировалась. На наш взгляд, рассмотренный эпизод из отечественной истории России характеризует особую роль института юридико-технического оформления документов, предназначенных для действия как в отечественном правовом пространстве, так и на территории иностранных государств.

Приведенный пример развития гражданского общества и государства наглядно иллюстрирует возникновение коллизий, которые вызывают неослабевающие дискуссии и в историографии, и в правоведении. Если во времена Древней Руси коллизии разрешались военными походами, например, Аскольда на Византию (860 и 874 гг.), то в Европе коллизии разрешались с помощью поединков, «божьего суда» или клятв (с дополнительными клятвами других лиц либо без них).

Примирительное право периода родового строя первоначально вообще не знало таких правовых возможностей. В этом обществе решение спорных вопросов осуществлялось только на основании причин возникновения конфликтных ситуаций и сводилось к компенсации нанесенного ущерба, например в форме наказания, штрафа или в виде материального возмещения.

Формирование права происходило в процессе разрешения отдельных конфликтных случаев, поэтому оно называется казуистическим ( casus — случай), как и источник права, характеризующийся такого рода юридической техникой. Юридическая техника обладает еще одной особенностью — объективизмом. Даже в исключительно примитивных судебных процессах необходимо было установить, что именно произошло. И сделать это следовало до того, как вести речь о примирении противоборствующих сторон.

33 стр., 16396 слов

Международно-правовые способы разрешения международных споров

... определённо признанные спорящими государствами. Международных обычаев, как доказательства всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы. Общих принципов права, признанных цивилизованными нациями Судебных ... подлежать согласительной процедуре), о судебном разрешении споров в Постоянной палате международного правосудия, о третейском разрешении споров (если в течение месяца согласительная ...

Во времена родового общества не было центральной власти, уполномоченной проверять доказательства и устанавливать, какие именно факты должны быть приняты за основу примирения. Поэтому религия и право были взаимосвязаны, что давало служителям культа возможность обращаться к божественным силам, решавшим, какая из сторон была права в своем утверждении о конкретном факте. Это можно было выяснить, например, назначив вполне легальный поединок, исход которого воспринимался как божественное указание на говорившего неправду и считался приговором.

Вторая возможность — это «суд божий», который заключался в испытании невиновного прикладыванием к его телу раскаленного железа, принятием яда и т. д. Кто выдерживал такое испытание без каких-либо следов на теле, тот доказывал с помощью стоявшей на его стороне божественной силы свою правоту.

Существовал и третий, более совершенный способ, в соответствии с которым одной из сторон предоставлялась возможность клятвенно подтвердить правдивость своих доводов. Такая клятва бралась с ответчика при отсутствии явно свидетельствовавших против него фактов. Сила доказательств оценивалась и подкреплялась клятвой, дававшейся другими лицами, число которых определялось в зависимости от типа конфликтной ситуации. И уже на основании этой клятвы определялась правдивость или, наоборот, лживость выдвинутых в клятве ответчика утверждений. Надежность доказательств зависела от того, насколько человек верил, что дав ложные показания, он окажется во власти злых сил.

Таким образом, казуистика и объективизм родового общества служат важными исходными точками развития права и юридической техники.

В более поздний период императорского правления (IV в. и. э.) появилось бесчисленное множество разнообразных правовых норм для оценки доказательств, которые значительно ограничивали свободу действий судей. Такое положение, если судить по широко представленным в эллинских летописных источниках примерам, привело к тому, что судьи при оценке доказательств гораздо больше обращали внимания на письменные документы, чем на устные заявления свидетелей. Допрос свидетелей и исследование письменных и других свидетельств представляли собой единственный способ получения доказательств по гражданским делам, а судебное разбирательство посредством боевой схватки или «божьего суда» по таким делам было упразднено.

Большое значение для упрочения позиций ученых-правоведов, а также и самого правоведения, имели меры, принятые римским императором Августом (63 г. до н. э. — 14 г. н. э.), которые давали наиболее авторитетным юристам право проведения судебных экспертиз. В чисто практическом смысле это означало, что заключения, в том числе и письменные доказательства, только этих юристов имели законную силу и предъявлялись на суде.

4 стр., 1724 слов

Понятие принципов трудового права. Международные принципы правового ...

... прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда. 3. Международные принципы правового регулирования труда. Международно-правовое регулирование труда можно определить как регулирование трудовых отношений на основе ратифицированных норм международных организаций и международных договоров. Международное ...

Таким образом, исторически институт признания документов «заморских земель» возник как элемент «примирительного», казуистического и формулярного права, т. е. на основе разрешения конфликта по различным правовым притязаниям, который может быть выяснен или уточнен по статуту территорий (земель, городов-мегаполисов) либо мирному договору (первоначально — на основании устных договоренностей).

В дальнейшем он развивался когнитивно, ментально и производно от статутов и решений судов, отражающих волю законодателя (государства) как высшего источника права, перерастая в транснациональный правовой институт.

Дипломатика — вспомогательная историческая наука, имеющая своей задачей определение степени достоверности исторических документов и получившая название от главного вида документов — диплома. Дипломом (от лат. diploma) у римлян был всякий документ за подписью и печатью высших сановников или императора. Особенно часто он использовался в рекомендательных письмах лиц, ездивших по государственным делам и получавших на основании этих писем в поселениях все необходимое. В дальнейшем (XVII в.) под дипломом стали понимать официальные исторические документы или акты.

2 Развитие института легализации документов как составной части международного частного права

Роль международного частного права как связующего правового комплекса в регулировании «усложненных» полисистемных общественных отношений значительна и в общем механизме правового воздействия на современные реалии различных трансграничных правовых явлений. Следует заметить, что сложности в определении вопросов природы международного гражданского процесса, содержательной части рассматриваемого института, отнесении его к той или иной отрасли права, системе права обусловлены общетеоретическими проблемами российской правовой доктрины.

Отнесение международного гражданского процесса к национальному гражданско-процессуальному праву и включение его в отрасль правоведения международного частного права — следствие советской (российской) господствующей доктрины. В трудах создателей этой концепции превалирует тезис, определяющий гражданский (административный) процесс как публично-правовую форму юридического отношения. Однако эта деятельность осуществляется и с целью защиты прав частных лиц.

Так, в ряде государств процессуальные отношения и соответственно нормы, регулирующие их, включались в международное частное право и ранее. Достаточно обратиться к кн. IV «Международный процесс» действующего в ряде государств Кодекса международного частного права 1928 г. В то же время международно-правовые принципы воплощаются в национальных нормах с учетом правовых традиций, специфики законотворческой и правоприменительной деятельности и иных особенностей конкретной национальной системы права. По нашему мнению, решению рассматриваемого вопроса могли бы помочь средства сравнительного правоведения, которому международное частное право обязано своим происхождением.

4 стр., 1556 слов

Международное публичное право и международное частное право

... физические и юридические лица, так и в международных договорах и международных обычаях. Международное частное право представляет собой совокупность норм, регулирующих частноправовые отношения, осложненные иностранным элементом. В литературе выделяют несколько точек зрения по вопросу о соотношении международного публичного и международного частного права. Некоторые ...

Исходя из новых правовых реалий, современное международное частное право следует понимать как совокупность норм, регулирующих гражданско-правовые отношения (в широком смысле слова) с международным элементом, совокупность, в которую входят коллизионно-правовые, материально-правовые и процессуальные нормы.

Как пишет Л.П. Ануфриева, в настоящих условиях частное международное право состоит из следующих видов норм:

) коллизионные нормы, унифицированные международным договором;

) национально-правовые коллизионные нормы (автономно созданные национальным правом государств);

) материально-правовые нормы, унифицированные международным договором;

) национально-правовые нормы прямого действия, т. е. материально-правовые предписания, созданные в рамках национального правопорядка;

) нормы так называемого международного гражданского процесса (как унифицированные, так и национальные).

При этом специфика международного частного права заключается в том, что оно оперирует множеством иностранных норм, которые не входят жестко в его состав как в других отраслях внутригосударственного права, а система соответствующих норм обладает изменчивостью.

В соответствии со ст. 46 Конституции Российской Федерации каждый вправе в соответствии с международным договором Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод граждан, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

Логически верным и оправданным представляется тезис о перенесении процессуальных действий с национального правового пространства в европейское, а именно, Европейский суд по правам человека (далее — ЕСПЧ), причем связь и взаимодействие процессов начинаются с момента обращения в ЕСПЧ, но после того, как внутригосударственный гражданский процесс завершен. Суд ЕСПЧ расширяет пределы своей компетенции, вторгаясь в сферу национального процессуального права, автономность которого считалась до этого почти аксиомой, так как национальный суд должен принимать во внимание требование единообразного применения права сообществ и обеспечивать защиту фиксированных интересов сообществ.

Присоединение России в 1996 г. к Совету Европы (СЕ), вступление во Всемирную торговую организацию (ВТО) инициирует осуществление правовой реформы в стране, включая интеграцию в европейское политико-правовое и мировое экономическое пространство. Соответственно, это потребует разработки общенациональной программы совершенствования российского законодательства с учетом опыта и стандартов СЕ, ВТО, включая правоприменительную практику, а также принятия мер по постепенному обеспечению гармонизации отечественного законодательства с законодательством Европейских сообществ (ЕС).

Осуществление этих программ и мер с учетом Парижской хартии новой Европы 1990 г., Европейской конвенции защиты прав человека и основных свобод 1950 г., протоколов к ней и других основополагающих документов СЕ будет способствовать действительно демократическому реформированию страны, защите прав человека и гражданина.

4 стр., 1689 слов

Нотариальные действия в международном частном праве и международном ...

... Нотариат применяет нормы иностранного права в соответствии с международными договорами и национальным законодательством. Порядок и условия применения иностранного права российским нотариатом установлены в Основах законодательства РФ о нотариате ... и двусторонние договоры о правовой помощи РФ предусматривают упрощенный порядок действия официальных документов одного государства-участника на территории ...

«Во всех тех случаях, когда норма права Сообществ наделяет правами и налагает обязанности на всех субъектов права, она подлежит полному и неограниченному применению. Ограничение по кругу субъектов, обладающих процессуальной правоспособностью, зависит от того, кому данная норма адресована. Если адресатом является только государство-член, возможно рассмотрение спора только «вертикального» характера, сторонами в котором выступают, с одной стороны, государство (в расширительной трактовке публичные юридические лица) и, с другой, частные физические и юридические лица.

Наделение правами частных лиц открывает дорогу рассмотрению споров о предполагаемом нарушении права Сообществ горизонтального характера, сторонами в котором могут выступать частные лица».

В Федеральном законе «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» от 30 марта 1998 г. содержится заявление о признании Российской Федерацией юрисдикции ЕСПЧ: «Российская Федерация в соответствии со ст. 46 Конвенции признает ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении Российской Федерации».

Следовательно, компетенция российских судебных органов по защите гражданских прав и компетенция ЕСПЧ по рассмотрению жалоб на нарушение имущественных прав становятся взаимосвязанными.

По мнению Е.К. Матвеева, «к сфере международного частного права относятся нормы, регламентирующие вопросы международного гражданского процесса», а с методической точки зрения «вопросы международного гражданского процесса удобнее исследовать (и преподавать) в комплексе с коллизионными нормами».

Общеизвестно, что регулирование международных отношений частноправового характера осуществляется путем взаимодействия коллизионной нормы с материально-правовыми предписаниями.

Коллизионный правоприменительный процесс во многом отличается от применения норм материального национального права. «Он более сложен, ибо отражает взаимодействие различных правовых систем, имеющих значительные особенности, и включает две отчетливо обособленные и различные по своим правовым компонентам стадии.

На первой стадии необходимо выяснить, применяется ли коллизионная норма вообще, какая именно и к праву какой страны она отсылает. Здесь возникают следующие правовые вопросы: взаимность, квалификация, обход закона, обратная отсылка и отсылка к праву третьей страны. Но этим дело не исчерпывается и правоприменительный процесс продолжается. После того как перечисленные вопросы выяснены и решены, наступает вторая стадия — применение права, к которому отсылает коллизионная норма. Точнее, эта стадия является уже применением не самой коллизионной нормы, а норм материального права — национального или иностранного. При этом возникают уже иные правовые вопросы: публичный порядок и установление содержания иностранного права».

7 стр., 3320 слов

Политико-правовые взгляды Жан-Жака Руссо и их влияние на развитие ...

... во Франции, а именно политико–правовые концепции Жан-Жака Руссо, которые внесли неоценимый вклад в дальнейшее развитие идей о государстве и праве, что имеет ценность для ... философаПроанализировать «Конституцию оптимального государства», по мнению Жан-Жака Руссо. Объект исследования. Политико-правовые взгляды Жан-Жака Руссо и их влияние на развитие права и государства во Франции эпохи Просвещения. ...

Могут возникать и дополнительные правовые вопросы, отражающие специфику этой области права, например, об оценке доказательств, полученных за рубежом.

Однако все стадии правоприменения осуществляются в рамках международного частного права, ибо отражают особенности его предмета и методов регулирования. Вопрос же об оценке доказательств не укладывается в традиционное понимание предмета и методов регулирования в самостоятельной отрасли международного частного права.

Следовательно, в классический двухэтапный правоприменительный процесс коллизионной нормы внедряется процессуальная норма, с помощью которой осуществляется защита интересов лица частного права, т. е. процессуальная форма действительности иностранного (судебного, административного) доказательства (судебного, административного, корпоративного) определяется правом страны, где оно предъявляется.

Функциональное назначение коллизионной нормы состоит в своеобразном обеспечении выбора компетентного права, которое будет регулировать гражданское правоотношение, осложненное иностранным элементом. Однако налицо выбор права страны, которое будет регулировать и гражданско-процессуальное правоотношение, осложненное иностранным элементом.

На коллизионном аспекте судебных доказательств и сложности проблем международного гражданского процесса останавливались авторы «Курса международного частного права» еще в 70-х гг. По их мнению, проблемы международного гражданского процесса относятся к гражданскому процессу как отрасли права, регулирующей деятельность органов юстиции по гражданским делам, и к международному частному праву как к отрасли правоведения, поскольку эти проблемы тесно связаны с вопросами регулирования гражданских, семейных и трудовых отношений, содержащих иностранный элемент и возникающих в условиях международной жизни.

В главе, посвященной этому вопросу, исследуется проблема пределов действия одного из основных принципов международного частного права: разрешение процессуальных вопросов по закону суда при определении порядка доказывания по делу, содержащему иностранный элемент. Англо-американские суды применяют только свое право, невзирая на наличие в деле иностранного элемента. По вопросам допустимости доказательств иностранное право не применяется. В континентальных странах Европы право, относящееся к доказыванию фактов при наличии в деле иностранного элемента, не единообразно, что в определенной мере обусловлено неодинаковостью материально-правовых и процессуальных категорий.

Французская доктрина, основанная на плюрализме методов регулирования в международном частном праве, нашедшая свое отражение в работах А. Батиффоля, подчиняет доказательственную силу документа месту его совершения, основываясь на гипотезе принципиальной связи между формой сделки и процессуальным эффектом соответствующего документа.

3 стр., 1343 слов

Государство и право древней индии

... играла огромную роль в государствах Древней Индии. Войны и грабёж других народов рассматривались как важный источник процветания государства. Почитался царь – мужественный воин, ... правом, религией, сдержали их слияние в единую классовую общность. Это и создавало особую пестроту сословно-классовой социальной структуры Древней Индии. Примитивные государственные образования складывались в Древней Индии ...

В российском арбитражном судопроизводстве этот вопрос подчинен российскому праву: иностранные нормы о преимущественной силе письменного документа в отношении других средств доказывания в принципе применяться не могут.

Указанные правила носят процессуальный характер и подлежат применению при наличии в деле иностранного элемента, исключая постановку коллизионного вопроса. Однако существуют исключения в тех случаях, когда данное правило по связи с определенным материальным правом приобретает материально-правовой характер. Так, письменный документ, выступающий в качестве доказательства, может выполнять функцию необходимой формы сделки, предписанной российским или иностранным законодательством. В таком случае в отношении последствий несоблюдения письменной формы сделки, даже если они носят процессуальный характер, может быть поставлен коллизионный вопрос.

В российском гражданском процессе по вопросу допустимости доказательств иностранное право не применяется. Например, существуют конвенционные нормы, которые не требуют, чтобы договор заключался или подтверждался в письменной форме или подчинялся этому требованию в отношении формы. Наличие договора может доказываться любыми средствами, включая свидетельские показания.

Но право на защиту может возникнуть у иностранного лица в силу действия именно этих предписаний. Во Франции вопрос о допустимости относят к вопросам формы сделки, т. е. доказывание существования сделки подчиняется месту ее совершения. Это означает, что для сферы торгового бизнеса (ст. 109 ФГК) установлено правило, по которому коммерческий суд вправе по своему усмотрению допустить свидетельские показания по любому спору из договора купли-продажи.

«Многие годы коллизионные нормы рассматривались преимущественно в рамках международного частного права, гражданского и торгового права в целях регулирования противоречий между нормами права иностранных государств. Коллизионные нормы встречались в конституционном и административном праве, им посвящены главы и статьи законов о судах и судопроизводстве».

Общеизвестно, что правосудие — это деятельность, осуществляемая в строго определенной процессуальной форме, и одним из непременных ее требований является то, что суд может основывать свое решение только на фактах, которые были доказаны в процессе, т. е. были установлены в судебном заседании с помощью судебных доказательств.

Принцип непосредственности гражданского процессуального права (ст. 146, 151, 152, 162 ГПК РСФСР) выражает требование, определяющее обязанность уполномоченных органов государства и должностных лиц получать доказательства из первоисточника, лично исследовать и использовать их при обосновании выводов по делу.

Но действие национальных гражданских процессуальных норм при рассмотрении гражданского дела ограничено в пространстве, т. е. действует процессуальный закон по месту совершения соответствующего процессуального действия.

При применении к гражданским отношениям иностранного права суд, арбитражный суд, третейский суд или административный орган действует на основании норм, включенных в национальную правовую систему (ст. 1186 ГК РФ).

Этот аспект, на наш взгляд, характеризуется общей тенденцией к интенсификации международного взаимодействия судебных, несудебных форм защиты гражданских прав и охраняемых законом интересов права различных стран, а также тем, что материальными являются и юридико-оценочные нормы, устанавливающие правила применения коллизионных норм и признаки юридических коллизий, юридические приоритеты (например, и. 2 ст. 3 ГК РФ), обязательное юридическое соответствие, способы принятия решения в коллизионных ситуациях. При этом нарушение или неправильное применение материальной либо процессуальной нормы иностранного закона (как и отсылающей к нему коллизионной нормы) служит основанием для отмены или изменения решения в кассационном порядке или в порядке надзора (ст. 270, 288, 304 АПК РФ).

Отсылка к иностранному праву предполагает отсылку только к нормам материального права или к праву иностранных государств в целом (т. е. и коллизионному, и процессуальному).

Если же отсылку понимать как непосредственно отсылающую к коллизионному праву иностранного государства, тогда могут возникнуть проблемы обратной отсылки, трансмиссии, ordre public и др.

Оценивая значение отсылки к процессуальному праву иностранного государства, например, к праву и практике ЕСПЧ, регламенту ЕСПЧ, следует учитывать специфику правовых последствий, которые возникают как результат правоприменения.

Таким образом, можно констатировать, что национальные судебные учреждения должны сообразовывать свою практику с положениями Конвенции о защите прав человека и основных свобод и следовать ее требованиям. При этом субъектами этого права являются не только государства-члены, но и частные лица, находящиеся под юрисдикцией государств — участников Конвенции, которые могут обращаться в ЕСПЧ при соблюдении конвенционных условий, но независимо от согласия государства.

Глава 2. Правовые основы легализации документов, .1 Понятие легализации документов

Термин «легальность» возник как одно из основных понятий философской этики И. Канта, вытекающей из его концепции автономии морали. Первоначально он означал соответствие поведения внешнему закону в противоположность моральности — поведению, соответствующему внутреннему закону нравственности.

Исторически институт легализации развивался как элемент науки дипломатики, истоки возникновения которой лежат в сочинениях Конринга 1672 г., впервые систематизировавшего правила определения подлинности документов.

С развитием международных отношений возникла необходимость в создании специального ведомства, которое бы занималось внешнеполитическими делами, включая установление дипломатических отношений как основной формы поддержания официальных отношений между государствами в соответствии с нормами международного права и практикой международного общения, признание де-факто или де-юре того или иного государства и его правительства со стороны других государства, признание субъективных прав, основанных на иностранных законах, и т. д.

В процессе формирования и развития этих отношений складывались дипломатические приемы функционирования межгосударственных контактов, которые опосредовались заключением различных договоров и обменом соответствующей документированной информацией. При этом одним из наиболее важных и распространенных видов связи между государствами по доставке официальной корреспонденции, документов и предметов, предназначенных для служебного пользования, стала дипломатическая почта, в отношении которой установлен специальный режим.

В целях определения подлинности таких документов, исходящих от надлежащих ведомств государства, использовались приемы (некоторые из них актуальны и по сей день), на основе которых возник транснациональный правовой институт — институт легализации иностранных официальных документов. Характерной тенденцией развития этого института в настоящее время является расширение и диверсификация взаимоотношений как между самими государствами, так и между индивидами и организациями различных стран и, как следствие, появление неофициальных (частных) письменных документов, опосредующих такие взаимоотношения.

Анализируя историю возникновения международных договоров по межгосударственному обмену документированной информацией, можно найти некоторые элементы, характеризующие исследуемый институт.

Так, еще в 1930 г. состоялся обмен нотами между Народным комиссариатом по иностранным делам Союза Советских Социалистических и Посольством Великобритании об исполнении судебных поручений по гражданским делам на условиях взаимности.

В 1936 г. между Союзом Советских Социалистических Республик и Францией было заключено Соглашение о передаче судебных и нотариальных документов и выполнении судебных поручений по гражданским и торговым делам[60].

При этом было оговорено, что такие документы, предназначенные лицам, проживающим на территории договаривающихся государств, а также судебные поручения по гражданским и торговым делам, подлежащие выполнению на этой территории и исходящие от властей договаривающихся государств, будут передаваться через дипломатические миссии, находящиеся на территории договаривающихся государств, которые обеспечат их передачу компетентным властям.

Судебные и нотариальные документы должны были иметь препроводительные письма, адресованные властям, от которых исходит просьба, составленные на официальном языке власти, к которой обращена просьба, и содержать указание власти, от которой исходит передаваемый документ, наименование и качество сторон, адрес получателя и род документа, о котором идет речь.

Доказательством вручения служили либо датированная и подписанная получателем расписка, либо удостоверение властей договаривающейся стороны, к которой обращена просьба, устанавливающая факт и форму вручения. легализация документирование консульский

По особой просьбе дипломатических миссий власть, к которой обращена просьба, должна была принять меры к вручению документа надлежащим местным должностным лицом либо в форме, предписанной законом страны, к которой обращена просьба, либо в особой форме, если просьба не противоречила законодательству страны, к которой обращена просьба. В последнем случае документ должен был сопровождаться переводом на официальный язык государства, к которому обращена просьба. Этот перевод заверялся дипломатическим или консульским агентом стороны договора, обратившейся с просьбой, либо присяжным или официальным переводчиком стороны, к которой обращена просьба.

Причем предусматривалась особая форма судебного поручения, которая не должна была противоречить законодательству государства, к которому обращена просьба. Это означает, что применялась согласованная процессуальная форма иностранного государства.

Каждая из обеих договаривающихся сторон имела право осуществлять непосредственно через своих дипломатических и консульских агентов и без применения мер принуждения вручение судебных документов и нотариальных актов собственным гражданам, находящимся на территории договаривающихся государств.

Таким образом, в Соглашении нашло отражение разграничение официального документооборота на судебный (судебные поручения по гражданским и торговым делам) и нотариальный (документы, акты), а также разграничение по субъектному составу сторон, испрашивающих информацию, т. е. на компетентные органы публичной власти и частных лиц, проживающих на территории договаривающихся государств.

В дальнейшем аналогичные признаки легли в основу принятия конвенционных норм по оказанию правовой помощи, включая процедуру предоставления информации в связи с судебным разбирательством, обмен информацией из судебных материалов и обмен внесудебных документов. К числу таких норм относятся и нормы Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов 1961 г. До принятия этого международного договора универсального определения понятия легализации в межгосударственном информационном обмене и документообороте не было.

Нормативный массив трансграничного института увеличился, когда были приняты следующие договорные нормы: Конвенция относительно подписания и уведомления за рубежом судебных и внесудебных актов по гражданским и коммерческим делам 1965 г.; Конвенция о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам 1970 г.; Европейское соглашение о передаче заявлений о правовой помощи 1977 г.; Европейская конвенция о вручении за рубежом документов по административным вопросам 1977 г. и другие.

В каждом из государств, участвующих в цивилизованном международном общении, т. е. в соответствии с нормами международного права и практикой такого общения, определение легализации осуществлялось на уровне взглядов и концепций о сущности и назначении понятия в праве. Значительную роль в этом играли научные труды юристов-международников, дипломатов.

Национальные нормы, регламентирующие общие положения правового легализационного режима содержатся в кодифицированных актах, законах и ведомственных должностных инструкциях.

Легальное определение понятия «консульская легализация» в советском праве дается в Консульском уставе СССР, а также в ведомственной Инструкции о консульской легализации, утвержденной Министерством иностранных дел СССР в 1984 г. Однако последний документ не был доведен до сведения заинтересованных лиц, что способствовало возникновению проблем доступа ученых, специалистов, преподавателей и граждан к правовой информации международного характера, включая механизм реализации процедуры легализации.

Сущность консульской легализации заключалась в установлении засвидетельствования подлинности подписей на документах и актах и соответствия их законам страны пребывания. Консул легализует документы и акты, составленные при участии властей консульского округа или исходящие от этих властей.

Появление универсального юридически значимого термина в национальных правовых системах различных государств различно во времени, что, как правило, связано либо с преобразованием политической системы государства, либо с государственной формой правления, либо с развитием правовой системы соответствующей страны.

Конвенция, отменяющая требование легализации иностранных официальных документов, вступила в силу в Российской Федерации 31 мая 1992 г. в соответствии с постановлением Верховного Совета СССР от 17 апреля 1991 г. «О присоединении СССР к Гаагской конвенции 1961 г.». Затем, в 1992 г., Министерство иностранных дел Российской Федерации специальной нотой уведомило через глав дипломатических представительств правительства соответствующих государств о том, что Российская Федерация как сторона в международном договоре будет продолжать осуществлять права и выполнять обязательства, вытекающие из договоров, заключенных СССР.

На наш взгляд, именно таким образом представляется эволюция понятия «легализация», которая, проделав сложный путь от «божьего суда», рыцарских поединков, клятвенных заверений и свидетельствований, пришла к принятию согласительной конвенционной нормы.

Под легализацией, в смысле упомянутой Конвенции, подразумевается только формальная процедура, используемая дипломатическими или консульскими агентами страны, на территории которой документ должен быть представлен, для удостоверения подлинности подписи, качества, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и в надлежащем случае подлинности печати или штампа, которыми скреплен этот документ.

С появлением в российской правовой системе универсального понятия «легализация» возникли и его различные интерпретации, как доктринальные, так и судебные, которые будут рассмотрены в дальнейшем.

В энциклопедии международных контрактных отношений под легализацией понимается подтверждение подлинности имеющихся на документах подписей компетентных должностных лиц.

В российском законодательстве содержится норма, определяющая легализацию как процесс установления и засвидетельствования подлинности личных документов, предназначенных для вывоза или пересылки (в почтовых отправлениях) за границу, где такая легализация требуется. Порядок истребования и легализации личных документов устанавливается Министерством иностранных дел РФ и Министерством юстиции РФ по согласованию с заинтересованными министерствами и ведомствами.

В данном исследовании парадигма термина «легализация» (от лат. legalis — законный) означает правомерную деятельность управомоченных органов публичной власти государства, направленную на установление, свидетельствование, подтверждение подлинности имеющихся на документах печатей и подписей компетентных должностных лиц и их соответствия требованиям закона страны их происхождения.

В межгосударственном информационном обмене наибольшее распространение имеют документы простой письменной формы на бумаге, которая на протяжении многих столетий является наиболее распространенным материальным носителем, используемым для передачи и хранения информации.

Общеупотребительная лексика и фразеология в правоведении играет значительную роль. Обратимся к академическому толковому словарю русского языка, в соответствии с которым под документом в широком смысле понимаются:

) деловые бумаги, служащие доказательством чего-либо, подтверждающие право на что-либо;

) письменное удостоверение, подтверждающее личность предъявителя;

) письменный акт, грамоту, рисунок, какое-либо произведение и т. п., имеющие значение исторического свидетельства, показания.

Под актом понимаются:

) единичное проявление какой-либо деятельности, действий;

) указ, постановление государственного, общественного значения;

) документ, протокол, запись о каком-либо юридическом факте (акт о передаче имущества).

Таким образом, с точки зрения традиционного документооборота можно выделить основные юридические функции бумажного документа: информационную и доказательственную (т. е. возможность использовать его в качестве допустимого доказательства).

Таким образом, под легализацией, в исследуемом аспекте, понимается деятельность управомоченных органов публичной власти государства, направленная на установление, свидетельствование, подтверждение подлинности имеющихся на документах печатей и подписей компетентных должностных лиц и соответствия требованиям закона страны их происхождения.

2 Дипломатическая (консульская) легализация документов

В соответствии со ст. 55 Консульского устава Союза ССР, в консульских учреждениях функция по легализации документов и актов возлагается на консулов РФ.

Консул (англ, consul) — должностное лицо, назначенное в качестве постоянного представителя в каком-либо городе или районе другого государства для защиты юридических и экономических интересов своего государства и его граждан, выдачи паспортов и виз, ведения актов гражданского состояния, осуществления нотариальных функций, легализации документов и т. п.

Консульские должностные лица — любые лица, включая главу консульского учреждения, которым поручено выполнение консульских функций (генеральный консул, консул, вице-консул, консульский агент и секретарь консульского учреждения), а также лица, прикомандированные к консульским учреждениям для подготовки к службе в консульских учреждениях (стажер).

Государство, назначающее консула, снабжает его консульским патентом, удостоверяющим его личность и круг полномочий.

В настоящее время консульская практика знает два вида консульских учреждений: консульские отделы дипломатических представительств и самостоятельные (отдельные) консульские учреждения.

К самостоятельным консульским учреждениям относятся:

генеральные консульства;

консульства;

вице-консульства;

консульские агентства.

Функции по консульской легализации выполняют:

за границей — консульские учреждения Российской Федерации;

в Российской Федерации — консульские учреждения Министерства иностранных дел Российской Федерации и дипломатические агентства МИД Российской Федерации.

Консульская легализация заключается в подтверждении соответствия документов законодательству государства их происхождения и представляет собой засвидетельствование подлинности подписи должностного лица, его статуса и в надлежащих случаях печати уполномоченного государственного органа на документах и актах с целью использования их в другом государстве.

Консульская легализация подтверждает правомочность документов в международном общении.

Легализация производится в форме удостоверительной надписи консула на документах. Допускается принятие документов судебными органами без легализации, если это специально оговорено в законодательстве или в конкретных международных соглашениях.

Примером может служить Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г. или Соглашение о международной регистрации знаков 1991 г.

Согласно должностным инструкциям, консул Российской Федерации в государстве пребывания делает на документе специальную надпись, которая удостоверяет подлинность подписи должностного лица иностранного государства. Консульская легализация заключается не только в засвидетельствовании подлинности подписи, но и в удостоверении соответствия документов и актов законам государства пребывания.

Легализации не подлежат документы и акты, которые:

а) противоречат основам публичного порядка Российской Федерации;

б) могут по своему содержанию нанести вред интересам Российского государства;

в) оформлены с нарушением инструкций, регламентирующих оформление документов, предназначенных для использования за границей;

г) содержат сведения, порочащие честь и достоинство граждан.

Не могут быть легализованы также подлинники и копии следующих документов: российских паспортов, профсоюзных билетов, трудовых книжек, военных билетов, удостоверений личности, пенсионных книжек, характеристик, водительских прав, документов о принадлежности к вероисповеданию, о судимости после установления советской власти или реабилитации, о дореволюционных денежных вкладах, о дореволюционных имущественных отношениях, о владении имуществом на праве собственности после установления советской власти, если такое имущество не может быть в настоящее время предметом собственности отдельных лиц.

Для осуществления легализации документов и актов консул должен иметь образцы подписей и печатей должностных лиц исполнительной власти консульского округа, уполномоченных удостоверять документы и акты, исходящие от организаций и учреждений государства пребывания.

Если у консула возникает сомнение в том, действительно ли представленные к легализации документы и акты соответствуют законам государства пребывания, он обращается за официальным разъяснением к властям консульского округа.

В случаях, когда в порядке истребования документов из РФ консулу поступили документы и акты, составленные в РФ, но не легализованные в Министерстве иностранных дел РФ, в дипломатических агентствах МИД РФ, а по законам государства пребывания требуется легализация таких документов и актов, консул легализует их и передает заинтересованным лицам, организациям и учреждениям.

Если от отдельных граждан, организаций, учреждений поступили на легализацию документы и акты, составленные на территории России, но не легализованные в Министерстве иностранных дел РФ, дипломатических агентствах МИД РФ, консул должен направить их в соответствующее ведомство или уполномоченный орган республики, являющейся субъектом Российской Федерации, для определения подлинности. При получении положительного ответа консул легализует такие документы и акты в общем порядке.

В необходимых случаях консул может легализовать документы и акты, предназначенные для действия на территории третьего государства.

Иностранные документы, предназначенные для использования на территории Российской Федерации, могут быть легализованы на территории того государства, где эти документы выданы, или же непосредственно в России.

Для того чтобы такой документ или акт был действительным на территории третьего государства, его нужно также легализовать в консульстве этого государства, находящемся в государстве пребывания консула РФ. Например, во время пребывания судна в иностранном порту капитан должен иметь в виду, что все находящиеся на судне члены экипажа и пассажиры попадают под действие законов прибрежного государства, компетентные органы которого вправе применять свою юрисдикцию.

В тех случаях, когда между Россией и прибрежным государством заключено соглашение, предусматривающее неприменение при определенных правонарушениях, совершенных на борту судна, юрисдикции прибрежного государства, капитан или лицо, им уполномоченное, должны получить сведения о практике данного прибрежного государства у консула РФ, а затем принимать решение об осуществлении своих функций. Взаимоотношения капитана судна, других членов экипажа судна и консульских учреждений РФ определяются Консульским уставом РФ (ст. 68 КТМ РФ).

Если по ходу выполнения функций возникла необходимость обратиться за содействием к властям иностранного государства по месту нахождения судна, капитан сообщает об этом ближайшему консулу РФ. Указания российского консула относительно взаимодействия с иностранными властями при производстве таких действий являются для капитана обязательными. Приобщение к материалам документов, не снабженных консульской легализацией, допускается в случаях, когда таковая по каким-либо уважительным причинам не могла иметь место.

В соответствии с положением ст. 22 Консульского устава жалобы на действия консульских должностных лиц и сотрудников консульских учреждений по вопросам легализации документов и актов рассматриваются в порядке подчиненности.

Рассмотрим ситуацию, когда гражданин России находится за границей и ему необходимо легализовать личный документ, который может быть истребован в России либо должен служить письменным доказательством в судебном или административном процессе. Исчерпывающую информацию о требованиях иностранного права к оформлению документов, предназначенных для их действия на территории России, он может получить у должностных лиц дипломатических представительств (посольств) и консульских учреждений Российской Федерации в иностранных государствах. Именно эти управомоченные органы государственной власти осуществляют функции защиты прав и интересов граждан России, находящихся за рубежом.

Действующим Консульским уставом СССР 1976 г. установлено, что консул обязан принять меры к тому, чтобы граждане пользовались в полном объеме всеми правами, предоставляемыми им как законодательством государства пребывания, так и международными договорами, участниками которых является наша страна и государство пребывания. Если консулом будет установлено нарушение каких-либо прав граждан, он должен принять меры для восстановления нарушенных прав, в том числе и прав, связанных с деятельностью российских граждан за рубежом. При необходимости консульские учреждения МИД России могут оказывать им помощь в виде консультаций, оформления документов, разрешения конфликтов с властями, а в отдельных случаях — в виде предоставления материальной помощи. Консул позитивно обязан информировать временно находящихся в его консульском округе граждан РФ о законах и постановлениях государства пребывания, а также о местных обычаях (ст. 27 КУ СССР).

Гражданин, пребывающий за пределами территории России, в случае посягательства на его честь и достоинство со стороны официальных властей иностранного государства вправе рассчитывать на защиту со стороны Российской Федерации. При этом россиянин может и самостоятельно оформить необходимый ему документ, который востребуется в целях определения его прав.

Будучи за рубежом, гражданин РФ подчиняется законодательству иностранного государства места нахождения, законодательству России (является гражданином России) и минимальному международному стандарту — «каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности».

В российском законодательстве закреплено право граждан России, иностранных граждан и лиц без гражданства на вывоз принадлежащих им подлинников и засвидетельствованных государственными нотариальными конторами копий личных документов о регистрации актов гражданского состояния, образовании, присуждении ученой степени, присвоении ученого звания и повышении квалификации, регистрации транспортных и прочих технических средств и праве управления ими, трудовом стаже, прохождении воинской службы, участии в Великой Отечественной войне, ранениях и лечении, наградах, пенсиях, наследстве и других документов, касающихся обеспечения прав и законных интересов граждан и лиц без гражданства. Аналогичные положения содержатся в нормах иностранного права государства, в котором находится россиянин.

Однако Президент Российской Федерации, в Послании к Федеральному Собранию, обратил внимание на проблему защиты прав и интересов российских граждан за рубежом: «Никому не должно быть позволено устраивать «селекцию» международных прав и свобод человека в зависимости от обложки паспорта. И наши дипломаты должны становиться в таких случаях не просто активными, но наступательными и профессионально жесткими, эффективными».

После этих общих замечаний, характеризующих процесс легализации документов на территории иностранного государства, перейдем к более подробному анализу возникающих в этой области правоприменительных вопросов.

Для легализации документов россиянин, прежде всего, должен удостоверить их у нотариуса или лица, имеющего право нотариального удостоверения.

Затем документы представляются в орган внешнеполитического ведомства или иной государственный орган, уполномоченный осуществлять дипломатическую легализацию в этом государстве. Например, в Германии таким органом является Федеральное административное ведомство (внешнеполитическое), а в США — Государственный департамент.

В уполномоченной организации документ проверяют на соответствие национальному законодательству и для удостоверения подлинности документа ставят штамп и печать. После этого консульское учреждение России в этом государстве окончательно легализует документ. На документе, прошедшем консульскую легализацию, обязательно должна быть соответствующая надпись, совершенная российским консулом, так как именно консульское должностное лицо позитивно обязано на совершение этой процедуры. При апостилляции позитивные обязанности возлагаются и на иные органы.

Во многих случаях такой документ несет на себе также удостоверительные надписи, совершенные властями иностранного государства, подписи других иностранных должностных лиц (главного судьи Верховного суда; заместителя главного секретаря Верховного суда, регистратора, губернатора штата или провинции, государственных служащих, назначенных министром юстиции и т. п.).

В то же время при рассмотрении российским нотариусом вопроса о принятии иностранного документа принимается во внимание только легализационная надпись российского консула (ст. 106 Основ законодательства РФ о нотариате) и такой документ расценивается им на общих основаниях, что не исключает проверку нотариусом, соответствует ли легализованный документ требованиям российского закона (ст. 48 Основ).

Необходимо в этой связи отметить, что при отсутствии на иностранных официальных документах легализации, осуществленной российскими дипломатическими или консульскими службами, такие документы согласно ст. 68, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не могут рассматриваться как письменные и допустимые доказательства по делу и, следовательно, не могут подтверждать правовой статус иностранного лица в деле[84].

В соответствии с п. 6,7 ст. 75, п. 1 ст. 255 АПК РФ, п. 1 ст. 408, п. 4 ст. 271, п. 4,5 ст. 71 ГПК РФ, документы, выданные, составленные или удостоверенные по установленной форме компетентными органами иностранных государств вне пределов Российской Федерации по нормам иностранного права в отношении российских организаций и граждан или иностранных лиц, принимаются судами, арбитражными судами в Российской Федерации при наличии легализации указанных документов или проставлении апостиля, если иное не установлено международным договором Российской Федерации.

Можно сказать, что без обращения в российское дипломатическое представительство российскому гражданину не обойтись, если страна исходящего иностранного документа не является «апостильной».

Консульские учреждения имеют право взимать на территории государства пребывания так называемые консульские сборы за совершение действия по легализации документов и актов. С заинтересованных физических и юридических лиц взимается консульский сбор, установленный Тарифом консульских сборов РФ, и суммы, израсходованные в связи с совершением этого действия: за границей — в валюте страны пребывания, в России — в рублях.

Возмещению подлежат также фактические расходы, связанные с выполнением указанных действий.

С точки зрения объективного и полного анализа механизма консульской легализации необходимо рассмотреть аналогичную процедуру на территории Российской Федерации, например, когда гражданин РФ приехал в Россию с нелегализованными документами. Как удостоверить правомочность конкретного документа?

Для легализации иностранных документов на территории Российской Федерации гражданин в первую очередь должен заверить их в дипломатическом представительстве (в России) или консульском учреждении того государства, которое выдало эти документы. Затем следует проставить легализационные штампы в Департаменте консульской службы МИД России.

Департамент консульской службы как функциональное структурное подразделение Министерства иностранных дел Российской Федерации в пределах своей компетенции по поручению руководства Министерства участвует в обеспечении консульских сношений Российской Федерации с иностранными государствами, защиты прав и интересов Российской Федерации, ее граждан и юридических лиц за границей.

В Департаменте консульской службы МИД России, уполномоченном на совершение действий по удостоверению документов, осуществляется консульская легализация и российских документов, представляющая собой засвидетельствование подлинности подписи должностных лиц и печати ведомства, выдавшего документы.

После легализации в Департаменте консульской службы МИД России документы должны быть легализованы в дипломатическом представительстве или консульском учреждении того государства, на территории которого они будут использованы.

В отношении легализации в Российской Федерации иностранных документов действуют общие правила, предусмотренные ст. 55 Консульского устава СССР, и специальные правила апостилляции. И в том, и в другом случае при необходимости может быть потребован нотариально заверенный перевод документа на русский язык.

В основном граждане РФ, иностранные граждане и лица без гражданства обращаются к консулу (нотариусу) с просьбой о совершении нотариального действия от своего имени. Указанная просьба подается иностранцем или лицом без гражданства в общем порядке и в той же форме, которая установлена для российских граждан.

Департамент консульской службы и дипломатические агентства МИД России легализуют документы и акты, исходящие от иностранных организаций и учреждений, легализованные иностранными дипломатическими представительствами или консульскими учреждениями в РФ, в порядке, устанавливаемом Министерством иностранных дел РФ. Если документ или акт, исходящий от организаций или учреждений иностранного государства, не может быть легализован в установленном порядке, Департамент консульской службы МИД России вправе сделать на документе или акте особую отметку о том, что не имеет возражений к принятию официальными учреждениями РФ к своему рассмотрению настоящего документа.

В этом случае по совокупности обстоятельств дела признание юридической силы за такими документами и актами лежит всецело на органах, их принимающих.

Департамент консульской службы МИД России должен иметь образцы подписей и печатей должностных лиц, выполняющих обязанности по легализации документов и актов в иностранных дипломатических представительствах.

Департамент консульской службы МИД России легализует также документы и акты, исходящие от организаций и учреждений России и предназначенные для предъявления за границей.

Согласно Закону СССР 1991 г. «О порядке вывоза, пересылки и истребования личных документов советских и иностранных граждан и лиц без гражданства из СССР за границу» граждане Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства, выезжающие из Российской Федерации за границу, имеют право вывозить или пересылать в международных почтовых отправлениях принадлежащие им подлинники и засвидетельствованные государственными нотариальными конторами копии личных документов о регистрации актов гражданского состояния, об образовании, присуждении ученой степени, присвоении ученого звания и повышении квалификации, регистрации транспортных и других технических средств и праве управления ими, трудовом стаже, прохождении воинской службы, участии в Великой Отечественной войне, ранениях и лечении, наградах, пенсиях, наследстве и другие документы, касающиеся обеспечения прав и законных интересов граждан и лиц без гражданства.

Документы, включая доверенности на распоряжение средствами в российской и иностранной валютах, иными валютными ценностями и другим имуществом, вывозятся или пересылаются за границу в порядке, предусмотренном российским законодательством.

Порядок вывоза и пересылки за границу членских билетов общественных объединений, созданных и действующих на территории России, определяется этими объединениями. Вывозу и пересылке не подлежат трудовые книжки, военные билеты и удостоверения личности.

Ограничивается вывоз из Российской Федерации документированной информации, отнесенной к:

государственной тайне или иной конфиденциальной информации;

общероссийскому национальному достоянию;

архивному фонду;

иным категориям документированной информации, вывоз которой может быть ограничен законодательством Российской Федерации.

Возможность вывоза с территории Российской Федерации такой документированной информации определяется Правительством Российской Федерации в каждом отдельном случае.

Запрещение вывоза, пересылки в почтовых отправлениях или отказ в истребовании личных документов могут быть обжалованы в установленном законом порядке вышестоящему должностному лицу, затем в суд.

В случае выезда за границу на постоянное жительство указанные документы сдаются в соответствующие организации или учреждение по последнему месту работы (службы) либо в службу учета выезжающих граждан, лиц без гражданства. На основании сведений, содержащихся в трудовых книжках, военных билетах и других соответствующих документах, по просьбе заинтересованных лиц оформляются справки установленного образца о стаже трудовой деятельности или прохождении воинской службы.

Истребование из России личных документов, разрешенных к вывозу и пересылке за границу, осуществляется гражданами Российской Федерации, иностранными гражданами и лицами без гражданства, находящимися за границей, через российские дипломатические представительства и консульские учреждения.

Право ввоза на территорию Российской Федерации иностранных информационных продуктов, которые могут быть применены для осуществления запрещенных законодательством Российской Федерации видов деятельности или промыслов или иных противоправных действий, предоставляется юридическим лицам, уполномоченным Правительством Российской Федерации.

Собственник или владелец документированной информации, информационных ресурсов, информационных продуктов, средств международного информационного обмена вправе обжаловать в суд действия должностных лиц по ограничению международного информационного обмена, если, по его мнению, эти действия не обоснованы и нарушают его права.

3 Требования, предъявляемые к легализуемым документам

Документы и акты, подлежащие легализации, должны быть написаны ясно и четко, а упомянутые в документе или акте суммы и числа, номера и сроки обозначены прописью. Подписи должностных лиц, оттиски печати должны быть отчетливыми.

Пробелы на документах и актах следует прочеркивать. Поправки, приписки должны быть оговорены перед подписью лиц, подписавших документ, и повторены в легализационной надписи. Эти приписки и поправки делают так, чтобы все, ошибочно написанное, а затем исправленное или зачеркнутое, можно было прочесть в первоначальном виде. Если поправки, приписки сделаны в легализационной надписи, то они оговариваются и подписываются только должностным лицом, совершающим легализацию.

В тех случаях, когда для легализационной надписи нет места, она совершается на отдельном листе, который подшивается к документу или акту и скрепляется с последним печатью и подписью лица, совершающего легализацию. После того как должностное лицо убедилось, что в соответствии с требованиями документ или акт может быть легализован, на последнем листе делается надпись установленного образца.

Консульские учреждения ведут реестры по легализации документов, актов в соответствии с утвержденной формой. При этом необходимо учитывать перечень иностранных государств, с которыми Российская Федерация имеет соглашения, предусматривающие отказ от дипломатической легализации документов и отказ от легализации в целом, т. е. включая ее упрощенную форму.

2.4 Апостилляция

В российском законодательстве установлено общее правило — прием органами государственной власти документов, составленных за границей, осуществляется только при условии их легализации органом Министерства иностранных дел Российской Федерации, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации либо международным договором[88].

Международные договоры Российской Федерации с зарубежными государствами заключаются в соответствии с Конституцией и федеральными законами от имени Российской Федерации уполномоченными федеральными органами.

В случае расхождения закона и иного нормативного акта с международным договором, в котором участвует Российская Федерация, или с общепризнанными нормами международного права применяются правила, установленные этими нормами или договором.

В целях упрощения процесса признания иностранных документов 5 октября 1961 г. в Гааге (Нидерланды) была подписана Конвенция, отменяющая требование легализации иностранных официальных документов (далее — Гаагская конвенция).

Конвенция вступила в силу в Российской Федерации 31 мая 1992 г. в соответствии с постановлением Верховного Совета СССР «О присоединении СССР к Гаагской конвенции 1961 г.».

В дальнейшим Министерство иностранных дел Российской Федерации специальной нотой от 13 января 1992 г. уведомило правительства соответствующих государств о том, что Российская Федерация как сторона в международном договоре будет продолжать осуществлять права и выполнять обязательства, вытекающие из договоров, заключенных СССР.

Основная цель государств, подписавших Конвенцию, — отмена требования дипломатической или консульской легализации иностранных официальных документов для упрощения процесса их признания.

Конвенция заключена на английском (Convention de la Haye du 5 octobre 1961) и на французском (CONVENTION SUPPRIMANT L EXIGENCE DE LA LEGALISATION DES ACTES PUBLICS ETRANGERS) языках, однако в случае расхождения между текстами преимущество отдается французскому тексту (ст. 15 Конвенции).

Данное предписание имеет практическое значение. Термин SUPPRIMANT (фр.) при переводе на русский язык имеет двойное значение — упрощать либо отменять. Но в русском языке термин «упрощать» не означает отмены, а термин «отменять» не означает упрощения.

Проблемы специфики письменного перевода международных договоров, иностранных законов, судебных документов и специальной иностранной юридической литературы рассматривались в российской юридической литературе. Причем национальные проблемы как устного, так и письменного переводов уже стали объектом практики ЕСПЧ.

Российская правоприменительная практика также содержит значительное количество «отмененных» решений по вопросам дипломатической легализации и апостилляции, ненадлежащего перевода, отсутствия в процессе переводчика.

Так, в арбитражный суд обратилась швейцарская компания с иском о признании недействительным договора купли-продажи пакета акций, проданного на конкурсной основе. Арбитражный суд отказал в принятии искового заявления, сославшись на то, что представленные швейцарской фирмой документы о регистрации фирмы и доверенность на предъявление иска подписаны ненадлежащим образом и не прошли процедуру легализации.

Швейцарская фирма обжаловала определение об отказе в принятии искового заявления, сославшись на то, что представленные ею документы не требуют дипломатической легализации и оформлены в порядке, определенном Гаагской конвенцией 1961 г., отменяющей требования легализации иностранных официальных документов. Согласно ст. 2 этой Конвенции «каждое из договаривающихся государств освобождается от легализации документов, на которые распространяется настоящая конвенция» (Российская Федерация и Швейцария являются участницами Гаагской конвенции).

Статья 1 Конвенции к таковым относит и документы административного характера. Единственной формальностью, которая подтверждает подлинность подписей должностных лиц и печатей, согласно ст. 3 и 4 Конвенции, является проставление апостиля.

Гаагская конвенция распространяется на официальные документы, которые были совершены на территории одного из договаривающихся государств и должны быть представлены на территории другого договаривающегося государства.

В качестве официальных документов, согласно Гаагской конвенции, рассматриваются:

) документы, исходящие от органа или должностного лица, подчиняющегося юрисдикции государства, включая документы, исходящие от прокуратуры, секретаря суда или судебного исполнителя;

) административные документы;

) нотариальные акты;

) официальные пометки — отметки о регистрации; визы, подтверждающие определенную дату; заверения подписи на документе, не засвидетельствованном у нотариуса.

Вместе с тем, эта Конвенция не распространяется на:

) документы, совершенные дипломатическими или консульскими агентами;

) административные документы, имеющие прямое отношение к коммерческой или таможенной операции.

Следовательно, действие Гаагской конвенции распространяется на документы об образовании, гражданском состоянии, трудовом стаже, свидетельства о нахождении в живых, справки, доверенности, судебные решения и материалы по гражданским, семейным и административным делам и др. В то же время Конвенция не распространяется на административные (корпоративные) документы, имеющие прямое отношение к коммерческим или таможенным операциям.

Коммерческие операции подразделяются на операции по направлению торговли, содержанию, предоставлению услуг, торговле научными и техническими разработками, творческими произведениями, торговые операции по степени обработки товаров, торгово-посреднические операции, операции в зависимости от места подписания сделок, по срокам действия и по числу участников.

Документами, имеющими прямое отношение к коммерческим операциям, опосредуется коммерческая деятельность, которая в свою очередь опосредуется заключением коммерсантами торговых (коммерческих) сделок. К коммерческим документам относятся: коммерческий счет, спецификация, техническая документация, упаковочный лист, сертификат о качестве, гарантийное письмо, протокол испытаний, условие на отгрузку и другие документы, если они указаны в договоре.

В России доктрина в определении коммерческого характера деятельности исходит из субъективного (личного) признака. Однако и. 4 ст. 23 ГК РФ распространяет правила об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, и на сделки граждан, не зарегистрированных в качестве предпринимателей.

Документированная информация, информационные ресурсы, информационные продукты, средства международного информационного обмена относятся к объектам имущественных прав собственников и включаются в состав их имущества.

Соответственно, под такими документами понимаются материальные объекты с зафиксированной на них информацией в виде текста или изображения, которые опосредуют предпринимательскую деятельность и в отношении которых существуют специальные правила учета первичных документов, ведения журналов (книг) о ходе и результатах такой деятельности, а также договоры и соглашения о поставке товаров и предоставлении услуг, о выполнении различных работ и взаиморасчетах по ним, доверенности на совершение сделок коммерческого характера, финансовые гарантии и обязательства и т. п.

Следует заметить, что отношения, связанные с правом собственности на российские информационные продукты и средства международного информационного обмена, регулируются гражданским законодательством Российской Федерации. Отношения, связанные с правом собственности, возникающие в результате оказания или получения информационных услуг, определяются договором между собственником или владельцем информационных продуктов и пользователем. Оказание информационных услуг не создает для пользователя права авторства на полученную документированную информацию. Информационные продукты являются товаром, если это не противоречит международным договорам и законодательству Российской Федерации.

Таким образом, эти документы должны пройти правовую экспертизу и дипломатическую легализацию, если иное не предусмотрено международным договором либо национальным законом.

Однако их следует отличать от уставов и учредительных документов, выписок из торговых реестров, патентной и иной документации, исходящей от органа государственной власти или управления (свидетельства о регистрации, лицензии и т. п.).

Эти документы, несмотря на возможные указания в них о коммерческом, предпринимательском характере общей деятельности той или иной организации, непосредственного, прямого отношения к конкретной коммерческой сделке, операции не имеют, а потому и нет необходимости в их консульской легализации. Соответственно, доверенности на совершение сделок (перемещение товаров через границу), договоры (контракты) о поставке товаров и прочее удостоверяются по общим правилам легализации.

Таможенное оформление по общему правилу производится на русском языке. В ряде случаев допускается использование документов, составленных на иностранных языках, которыми владеют должностные лица таможенных органов (ст. 143, 174 ТК РФ).

Документацией, имеющей прямое отношение к таможенным операциям, можно считать документы, непосредственно связанные с предварительными операциями, т. е. со всеми имеющими отношение к таможенному делу действиями, предшествующими основному таможенному оформлению и помещению товаров и транспортных средств под определенный таможенный режим (например, краткая декларация); документы, связанные с таможенным оформлением товаров и транспортных средств, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации (разд. IV, гл. 21, 22 ТК РФ).

Различные доверенности, сертификаты и прочие официальные документы, используемые, например, при таможенном оформлении международных транзитных перевозок, грузов, подлежащих ветеринарному, фитосанитарному, экологическому и другим видам контроля (помимо таможни) государственных органов, также могут быть удостоверены путем проставления апостиля.

В соответствии ст. 7. Федерального закона «Об участии в международном информационном обмене» законы и иные нормативные правовые акты, устанавливающие правовой статус органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций, общественных объединений, а также права, свободы и обязанности граждан, порядок их реализации, а также документы, содержащие информацию о чрезвычайных ситуациях, экологическую, метеорологическую, демографическую, санитарно-эпидемиологическую и другую информацию, необходимую для обеспечения безопасного функционирования населенных пунктов, производственных объектов, безопасности граждан иностранных государств, относятся к разновидности документированной информации, вывоз которой из Российской Федерации не ограничен.

С помощью апостиля может быть легализован нотариально удостоверенный за границей перевод на русский язык некоторых документов, используемых при таможенном оформлении и контроле.

Таким образом, в случаях, когда это предусмотрено внутренним законодательством страны, на территории которой будут использоваться данные документы, они должны легализовываться обычным путем — консульской легализацией, включающей в себя совершение легализационной надписи, т. е. последовательное проставление удостоверительной надписи в установленном порядке. Это позволяет осуществлять более строгий контроль за деятельностью коммерческих предприятий в ходе международных коммерческих операций.

Заключение

В настоящее время российский механизм судебного контроля за соблюдением гражданско-правовых и процессуальных прав участников гражданского и экономического оборота в России получил поддержку в виде международного судебного контроля за соблюдением их имущественных прав, а также иных гражданско-правовых прав и свобод. В результате компетенция российских судебных органов по защите гражданских прав и компетенция Европейского суда по рассмотрению жалоб на нарушение имущественных прав оказываются взаимосвязанными.

Это обстоятельство, на наш взгляд, должно привлечь внимание ученых к комплексному исследованию института легализации, включая теоретические основы, методологические механизмы, моделирование структурно-логических схем признания и легализации в Российской Федерации документов иностранных государств, с учетом тенденций развития международного гражданского процесса как составной части международного частного права.

В ходе исследования были сделаны теоретические выводы и сформулированы практические рекомендации по совершенствованию практической деятельности правоприменительных органов и законодательства РФ.

По нашему мнению, изучение истории возникновения института легализации документов иностранных государств и легализационных правовых режимов дает наибольший познавательный эффект для международного частного права как отрасли правоведения. В формировании его норм и институтов важное место занимает научная компаративистика, которая в России не получила пока достаточного развития.

Сказанное позволяет сделать вывод, что исторически институт признания документов «заморских земель» возник как элемент примирительного, казуистического и формулярного права, т.е. на основании разрешения конфликта по различным правовым притязаниям, который может быть выяснен или уточнен либо по статуту территорий (земель, городов-мегаполисов), либо по мирному договору (первоначально — на основании устных договоренностей).

В дальнейшем он развивался когнитивно (т.е. в соответствии с познаниями, правовой культурой), ментально (в зависимости от образа мышления, общей настроенности социальных групп) и производно от статутов и решений судов, отражающих теорию воли законодателя (государства) как высшего источника права, перерастая в транснациональный правовой институт.

Список использованной литературы и источников

[Электронный ресурс]//URL: https://inauka.net/kursovaya/legalizatsiya-dokumentov/

1.О порядке вывоза, пересылки и истребования личных документов советских и иностранных граждан и лиц без гражданства из СССР за границу: Закон СССР от 24 июня 1991 г. // ВС СССР. 1991. № 27. Ст. 784.

2.Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 8 сентября 1998 г. //ВВАС РФ. 1998. № 12.

.Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июня 1999 г. «О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса»

.Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ 1 июня 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»

.Письмо Высшего Арбитражного Суда РФ от 19 августа 1994 г. «Об отдельных рекомендациях, принятых на совещаниях по судебно-арбитражной практике».

.Декларация о правах человека в отношении лиц, не являющихся гражданами страны, в которой они проживают: Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 1985 г.

.Алексеев С.С. Частное право. М., 2000. С. 34.

.Аннерс Э. История европейского права. М., 1994. С. 168.

.Ануфриева Л.П. Международное частное право: В 3 т. М., 2000. Т. 1. С. 9

.Богуславский М.М. Международное частное право: современные проблемы. М., 1998. С. 491.

.Брайчевский М.Ю. О первых договорах Руси с греками // Советский ежегодник международного права 1978. М., 1980. С. 264-282

.Гражданский процесс/Под ред. М.С. Шакарян. М., 1993. С. 471.

.Кожевников В.И. Русское государство и международное право. М., 1947

.Кодекс международного частного права. Ст. 398, 400 // Международное частное право: Сборник документов / Сост. К.А. Бекяшев, А.Г. Ходаков. М., 1997.

.Консульский устав СССР // ВВС СССР. 1976. № 27. Ст. 404; Инструкция о консульской легализации // Нотариус. 1996. № 2.

.Левин Д.Б. История международного права. М., 1962

.Лукашук И.И. Международное право. М., 1996. С. 74.

.Мандельштам А.Н. Гаагские конференции международная частнага права. Т. 1: Кодификация международная частная права // Цит. по: Богуславский М.М. Международное частное право. М., 1998. С. 3.

.Матвеев Г.К. Предмет, система и задачи дальнейшего развития международного частного права // Советский ежегодник международного права. 1978. С. 287.

.Марышева Н.И. Принципы применения иностранного права российскими судами: процессуальный аспект // Журнал Российского права. 1997. № 4. С. 103-108.

.Международное частное право: современные проблемы. М., 1994. С.33

.Международное частное право / Под ред. Г.К. Дмитриевой. М., 2000. С. 38

.Международное частное право: Сборник документов / Сост. К.А. Бекяшев, А.Г. Ходаков. М., 1997.

.Нешатаева T. Н. Международные организации и право. Новые тенденции в международно-правовом регулировании. М., 1998. С. 48

.Осакве К. Система юридического образования: сравнение США и России // Сравнительное правоведение в схемах: Общая и Особенная части. М., 2000. С. 70.

26.Об участии в международном информационном обмене: Федеральный закон от 4 июля 1996 г. // Российская газета. 1996. № 129.

.Постатейный комментарий к Основам законодательства Российской Федерации о нотариате / Под ред. В.Н. Аргунова М., 1996.

.Рыбаков В.А. Древняя Русь: Сказания, былины, летописи. М., 1963. С. 216-219, 242-247

.Сахаров А.Н. «Дипломатическое признание» Древней Руси (860 г.) // Вопросы истории. 1976. № 6. С. 45-61.

.Садиков О.Н. Международное частное право: современные проблемы. М., 1994. С. 450.

.Тихомиров Ю.А. О коллизионном праве // Журнал российского права. 1997. № 2. С. 45-53.

.Федосеева Г.Ю. Международное частное право. М., 1999. С. 265.