Злоупотребление правом

Общая постановка проблемы и ее связь с важными научными и практическими проблемами. Категория «злоупотребления» довольно часто используется как в юридической науке, так и, собственно, в практической правовой действительности, где это явление более широко распространено в гражданско-правовых отношениях. В основе такого широкого применения лежат нормы гражданского законодательства, которое до сих пор изобилует оценочными правовыми нормами, не находящими единообразного толкования и применения на практике. Конструкция «злоупотребление правом» мало изучена в научной литературе, существует множество неоднозначных трактовок и ситуативных трактовок этого правового явления, вопрос о правовом понимании которого является предметом данной статьи.

Анализ последних исследований и публикаций, в которых рассматривались аспекты этой проблемы и на которых обосновывается автор; выделение неразрешенных раньше частей общей проблемы. Наиболее часто «злоупотребление правом» трактуется сквозь призму неблагоприятных последствий вытекающих из него, и представляется как чрезмерное использование как своих личных прав и свобод, так и должностных, при условии их превышения, что впоследствии наносит урон другим лицам или обществу в целом.

Наиболее распространено узкое формально-юридическое определение злоупотребления, к которому обращаются такие авторы как Белых В.С., В.П. Грибанов, Емельянов В.И., С.Д., Поротикова, Радчеко О.А. Так, например, профессор В.П. Грибанов определяет «злоупотребление правами» как «особый вид гражданского правонарушения, совершенного уполномоченным лицом при осуществлении своего права, связанного с использованием конкретных незаконных форм в контексте общего типа поведения, разрешенного законом».

С позиции данного подхода злоупотребление есть злоупотребление гражданским правом, иными словами гражданское правонарушение особого типа.

Предметом исследования являются общественные отношения, складывающиеся в процессе злоупотребления правами субъектами гражданских правоотношений.

Предмет исследования — законы, регулирующие запрет на злоупотребления законом.

Целью курсовой работы является комплексный анализ института злоупотребления правом.

Методологическая и теоретическая основы исследования. При написании работы применялись как некоторые общенаучные методы исследования, такие как исторический, логический, функциональный, системный, а также частные методы формально-юридический, сравнительно-правовой, моделирования, прогнозирования и др.

4 стр., 1549 слов

Злоупотребление в праве

... злоупотребления правом с учетом результатов последних исследований, содержащихся в юридической литературе; установление значение пределов осуществления субъективного права при разрешении проблемы злоупотребления правом; классифицировать виды злоупотребления правом; Структура работы: 1.1.Историческое становление категории злоупотребление правом ... субъективного права. Иными словами признается ...

1. ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ И ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ПРАВОМ

1.1 Становление института злоупотребления правом в России и современных правовых системах

Уместность существования понятия «злоупотребление правами» признается пока не всеми исследователями. Действительно, «трудно привести в пример хотя бы одно иное правовое явление, которое так настойчиво отрицается и одновременно вызывает к себе научный интерес» [9, С. 127]. В подавляющем большинстве случаев даже современные исследователи сводят проблему злоупотребления правом к вопросу о том, использовать ли саму конструкцию, не останавливаясь на проблеме ее взаимосвязи со смежными понятиями. Таковым в первую очередь, на наш взгляд, является понятие «недобросовестность», что формально подтверждается последовательностью нормативных предписаний Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее ГК).

Так, в целях реализации закрепленного в ст. 2 ГК принципа беспрепятственного осуществления гражданских прав норма ст. 8 ГК, названной «Осуществление гражданских прав», устанавливает, что «граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права». В положениях ст. 9 «Пределы осуществления гражданских прав» находят отражение запрет на злоупотребление правом (п. 1) и презумпция добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений (п. 4).

В результате реформирования Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК Российской Федерации) принцип добросовестности отнесен к числу принципов осуществления гражданских прав (п. 3 ст. 1), а «заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав» прямо названо злоупотреблением правом (п. 1 ст. 10).

Итак, на первый взгляд, основной концепцией, претендующей на роль отправной точки для установления сути злоупотребления законом, является концепция недобросовестности. Напомним, что в соответствии с одной из концепций «при злоупотреблении правом происходит несоблюдение общего принципа разумности и добросовестности, которые представляют собой категории не правовые, а этические» [7, С. 463].

Анализ актуальных, преимущественно российских, публикаций, появившихся как до, так и после внедрения большого пакета изменений и дополнений в Гражданский кодекс Российской Федерации, позволяет перечислить следующие доктринальные подходы. 1. «…понятия недобросовестного поведения и злоупотребления правом есть пересекающиеся, но не тождественные понятия» [35, С. 114]. 2. Понятия «недобросовестность» и «злоупотребление правом» являются тождественными, поскольку, «категория “добросовестность” введена в гражданское законодательство с целью уточнения нечеткого, расплывчатого правового явления “злоупотребление правом”» [10, С. 160]. 3. Злоупотребление правом служит частным случаем (видом, формой ‒ в зависимости от терминологии, принятой автором) недобросовестного поведения, поскольку, по мнению одних исследователей, «действительная направленность действий управомоченного лица, злоупотребившего правом, устанавливается путем разрешения вопроса о добросовестности субъекта» [12, С. 175], «пренебрежение интересами других лиц (в случае недопустимого осуществления права. Примеч. авт.) объективно причиняет вред, поскольку нарушенными оказываются запреты, императивы, составляющие нормативное содержание принципа добросовестности» [6, С. 120].

20 стр., 9538 слов

Собственность в современном российском гражданском праве (2)

... распоряжением, пользованием собственностью гражданами Российской Федерации. Предмет исследования - нормативно-правовое регулирование отношений, связанных с владением, распоряжением, пользованием собственностью. Цель курсовой работы заключается в рассмотрении понятия и видов собственности в современном российском гражданском праве. Для ...

Российские суды более широко понимают и используют запрет на злоупотребление правом, как в редакции, действовавшей до внесения поправок Федеральным законом от 27.07.2012 г. 302-ФЗ от 30 декабря 2012 г и позднее. В частности, до внесения указанных изменений Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации Информационным письмом от 25 ноября 2008 г. № 127 утвердил Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации1 . В соответствии с данным Обзором арбитражная практика признает злоупотреблением правом (по сути, отождествляет с ним) 1) «недобросовестные действия истца на оспаривание решения совета директоров, поскольку нарушение устава общества при принятии оспариваемого решения вызвано недобросовестными действиями самого истца (неучастием без уважительных причин в работе совета директоров) (п. 1); 2) недобросовестное поведение покупателя, «воспользовавшегося тем, что единоличный исполнительный орган продавца при заключении договоров купли-продажи действовал явно в ущерб последнему» (п. 9); 3) «недобросовестное поведение, направленное на сокрытие имущества учредителя доверительного управления от обращения на него взыскания» (п. 10).

В то же время в Обзор включены случаи обращения к ст. 10 ГК Российской Федерации без прямого указания на недобросовестный характер действий, например: «требование учредителя муниципального бюджетного учреждения о расторжении договора аренды и выселении учреждения из занимаемых помещений, направленное, по существу, на прекращение деятельности данного учреждения, суд квалифицировал как злоупотребление правом» (п. 3); «суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК отказал в удовлетворении требования о признании недействительным постановления наблюдательного совета акционерного общества, поскольку счел, что истец, неоднократно предъявляя требования о созыве внеочередного общего собрания акционеров по одному и тому же вопросу, действовал с намерением причинить вред ответчику (акционерному обществу)» (п. 4).

Вышеупомянутые теоретические положения, даже взаимоисключающие, а также выдержки из судебных постановлений указывают на отсутствие однозначного и единообразного решения проблемы взаимосвязи между понятиями «злоупотребление правами» и «нечестность», в основном из-за сложность их сущности и их содержания. Также при оценке догматического решения данной проблемы следует учитывать следующие обстоятельства. При формулировке правил о злоупотреблении правом (ст. 9 ГК, ст. 10 ГК Российской Федерации) нашли отражение одновременно немецкий и швейцарский подходы.

Параграфы 157 и 242 общей части Германского гражданского уложения закрепляют принцип добросовестности («договоры следует толковать в соответствии с требованиями добросовестности, принимая во внимание обычаи делового оборота»; «должник обязан осуществлять исполнение добросовестно, как этого требуют обычаи делового оборота»), § 226 запрещает шикану (Schikaneverbot), не используя при этом понятия «злоупотребление», «добросовестность», «недобросовестность» и т. д.: «не допускается осуществление права исключительно с целью причинения вреда другому лицу». В то же время в разделе ГГУ о так называемых недозволенных действиях (деликтах) помещена норма об ответственности за умышленное причинение вреда вопреки добрым нравам: «лицо, которое умышленно причинит другому лицу вред способом, противоречащим добрым нравам, обязано возместить этому другому лицу причиненный вред» (§ 826).

7 стр., 3002 слов

Основные права и обязанности работодателя

... трудового договора, предохраняющих его от злоупотребления работодателем своей экономической и организационно-управленческой властью. Из законодательного перечня основных прав работодателя видно, что ему, прежде всего, предоставлено право формировать трудовой коллектив. Для ...

В соответствии с этим правилом (в отличие от правила о шикане) не требуется, чтобы умышленное причинение вреда было единственной или даже основной целью, речь идет об умысле (как прямом, так и косвенном) на причинение вреда, который может присутствовать наряду с другими целями, а не на нарушение добрых нравов как объективного критерия определения пределов осуществления права. Немецкая доктрина и юриспруденция, начиная с «открытия» норм § 157 и 242 GGU, разработали «группы дел» — систематизированные типологии проступков, одна из которых — злоупотребление правами, не совпадающее с шиканой. Речь идет, например, о противоречивом поведении лица (осуществление права лицом, противоречащее его прежнему поведению), получении основанной на законе выгоды из своего нечестного поведения, осуществлении права в отсутствие охраняемого законом интереса в его реализации [14, С. 60]. Норма ст. 2 Гражданского уложения Швейцарии не исчерпывается запретом шиканы и содержит запрет злоупотребления правом как поведения, объективно не соответствующего требованию добросовестности: «при осуществлении прав и исполнении обязанностей каждый должен поступать по доброй совести. Явное злоупотребление правами не пользуется защитой».

По мнению В. И. Емельянова, поскольку «предложение, в котором говорится о злоупотреблении правом, следует за предложением, устанавливающим обязанность каждого поступать при осуществлении прав по доброй совести, резонно предположить, что злоупотребление правом есть недобросовестное осуществление права, а лишение защиты ‒ санкция за такие действия. Такая формулировка представляет собой не что иное, как разрешение суду отказывать лицу в защите субъективного права, исходя из своей нравственной оценки его действий [10, С. 55]. Аналогичный вывод можно сделать применительно к положениям ст. 7 Гражданского кодекса Испании: права должны осуществляться в соответствии с требованиями добросовестности (п. 1).

Закон не обеспечивает защиты в случае злоупотребления правом или его антиобщественного использования. Любое действие или бездействие, которое явно превышает обычные пределы осуществления права вследствие умысла совершающего его лица, особенностей объекта права или условий, в которых оно осуществляется, и причиняет вред третьему лицу, дает право на возмещение убытков и влечет применение судебных или административных мер, пресекающих такое злоупотребление правом [16, С. 62].

Как отмечалось выше, действующая редакция ст. 10 ГК Российской Федерации в отличие от ст. 9 ГК описывает злоупотребление правом как: 1) действия, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу; 2) действия в обход закона с противоправной целью; 3) иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. Таким образом, российский законодатель прямо определяет злоупотребление правом через оценочную категорию «недобросовестность», которая, не имея для целей названной статьи какой-либо законодательной характеристики, к тому же должна обладать признаком «заведомости». В связи с этим следует также отметить, что понятие «недобросовестность» традиционно в цивилистической науке рассматривалось через призму других институтов (виндикация, приобретательная давность), в рассматриваемом случае оно само призвано раскрыть сущность другого понятия ‒ злоупотребления правом

13 стр., 6477 слов

Пределы осуществления гражданских прав

... и обременениями права; проведение классификации пределов осуществления гражданских прав; систематизация отраслевых принципов осуществления гражданских прав; разрешение на теоретическом уровне проблем, связанных с наступлением неблагоприятных последствий при ненадлежащем осуществлении права; определение правовой природы злоупотребления субъективным гражданским правом; исследование ...

1.2 Понятие злоупотребления правом в гражданском праве

Субъективное гражданское право можно рассматривать как правовое обеспечение собственных или чужих интересов, а осуществление права — как действия, совершаемые под нормативным влиянием субъективного права и норм объективного права. По своей сущности субъективное гражданское право есть дозволение, поскольку главное его предназначение — направленность на упорядочение действий субъектов, которые можно (дозволено) совершать. А как регулирующий орган субъективное право предназначено для обеспечения того, чтобы достижение субъектом цели — получение выгоды — было юридически гарантировано. Благо, получаемое в результате действий по осуществлению субъективных прав, зависит главным образом от их целей. Если предметом закона является вещь, нематериальный актив в виде неотчуждаемых человеческих свойств или результатов творческого труда, то законодатель считает, что беспрепятственное получение тех полезных свойств, которые они содержат. И если объектом закона являются действия другого лица в пользу правообладателя, то выгода — это получение выгоды, являющейся результатом действий определенного типа. Но, действуя при осуществлении права, субъект, а также при исполнении долга может отклониться от правовой меры и нарушить запреты или не выполнить то, что требуется. [11, С. 62]

В законе отсутствуют четкие нормативные указания относительно пределов субъективного усмотрения, и, чтобы восполнить этот пробел, наука разработала позицию, согласно которой права предоставляются для удовлетворения своих законных интересов, а не для причинения вреда другим. При этом считается, что недобровольное ущемление интересов других не только допустимо, но и оправдано — если на каждого возложена обязанность «взвесить» мои и чужие интересы, предугадать их, это фактически означает полностью парализовать возможность любой человеческой деятельности. С другой стороны, гражданское право, будучи сферой законного эгоизма, запрещает злой эгоизм.

Между тем в норме ст. 12 ГК РФ говорится, что защита гражданских прав осуществляется и путем пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. известно, что методы безопасности предназначены для использования в случае нарушения. Нет сомнений в том, что действия с намерением причинить вред создают явную угрозу нарушения закона. Поэтому вывод, что норма ст. 10 ГК говорит о злоупотреблении правом как об одной из форм гражданского правонарушения, абсолютно логичен.

Если целью субъективного права является юридическое обеспечение получения товара, то реализация права должна быть обусловлена ​​этим, а не необходимостью причинить ущерб или, в любом случае, нарушить интересы других субъектов. Воля удовлетворяющего эту потребность субъекта направлена ​​на то, что объективный закон не только не допускает, но, напротив, прямо запрещает. При рассмотрении постановления одного из дел ФАС Волго-Вятского округа установлено, что: «Злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом, осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая при этом права и законные интересы других лиц».

9 стр., 4168 слов

Злоупотребление правом в хозяйственных обществах: условия возникновения ...

... Решение задач защиты прав участников хозяйственных обществ от злоупотребления правом со стороны других участников и ... гражданского права нет единства взглядов на юридическую природу феномена злоупотребления правом (действия субъекта злоупотребления правом ... права в хозяйственных обществах. Цель диссертационной работы заключается в проведении комплексного научного анализа проблем злоупотребления правом ...

Следовательно, содержанием субъективного права не может быть возможность причинения ущерба или совершения недобросовестных действий в любой другой форме. И действия с намерением причинить вред, и иные недобросовестные действия не могут определяться как действия, направленные на осуществление права, — вне всяких сомнений, это действия, нацеленные на нарушение права, поскольку известно, что ответственность по факту причинения вреда наступает вне зависимости от того, намеревался ли субъект причинить вред или действовал неосмотрительно. [15, С. 201]

Создается впечатление, что действия субъекта с намерением причинить вред, иные несправедливые действия представляют угрозу не только для отдельных лиц, но и для законности, поскольку характеризуются особым цинизмом и демонстрируют явное неуважение к чужим интересам. В этом смысле юридической практикой следует рассматривать только такую ​​деятельность в сфере права, такую ​​правовую реальность, которая соответствует идеалам права, принципам и правовым ценностям.

В отличие от ситуации причинения вреда, когда действия и вредные последствия правонарушителя имеют прямую связь, а вред выражается внешне и объективно, намерение причинить вред не так очевидно и ощущение таких намерений является субъективным. Следовательно, должна быть единая шкала оценки злых намерений и общих представлений о типичных формах злых дел. Это серьезная задача, которую должна решать судебная практика и наука гражданского права. По состоянию на сегодня практика пестрит решениями, в которых суды применяют нормы ст. 10 ГК РФ, однако никакого единообразия в этом правоприменительном процессе не существует. Следует согласиться с тем, что новая редакция ст. 10 ГК РФ вносит еще большую путаницу: п. 4 ст. 10 ГК РФ включен как лишний — действия с намерением причинить вред и действия, причинившие вред, — это явления разного порядка.

Для пресечения действий с намерением причинить вред предусмотрены нормы ст. 10 ГК РФ, а для регулирования последствий в связи с причинением вреда предназначены нормы гл. 59 ГК. Гражданско-правовая обязанность возникает по факту причинения ущерба, а следствием действий с намерением причинить ущерб является отказ от защиты права. Было бы логично в ст. 10 ГК РФ включить ссылку на правило п. 1 ст. 1065 ГК РФ. Получается, что злоупотребление правом — это действия «как будто» на основании закона. Общим объемом их оценки может быть определение злоупотребления правом как совершения противоправных действий под предлогом реализации гражданских прав.

4 стр., 1731 слов

Изучение и преподавание римского права. Личность в системе римского ...

Темами Коллоквиума стали следующие: «Изучение и преподавание римского права. Личность в системе римского права. Защита должников». В работе Коллоквиума приняли участие профессора из академий, институтов и университетов ...

А к числу типичных форм подобных действий могут быть отнесены деяния, направленные на: 1) нарушение запретов; 2) неисполнение положенного с целью воспрепятствования осуществления прав другими субъектами; 3) получение недозволенных имущественных выгод или реализацию иных недозволенных целей. Показательны в этом отношении недавние случаи обращений в защиту интеллектуальных прав, когда заявители без достаточных правовых оснований используют положения части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации с целью обогащения за счет ответчики.

Кажется, что если при обосновании претензий человек ссылается на злоупотребление правом, он должен сослаться на правило, которое предусматривает вышеупомянутый запрет, обязательство или правило, устанавливающее санкционирующую меру, с учетом принципа разумный баланс интересов. То же самое должен делать суд, обосновывая свое решение ссылкой на норму ст. 10 ГК РФ. Итак, осуществление права — явление правомерное. [8, С. 90] Действия с намерением причинить вред, иные недобросовестные действия противоправны и юридически значимы только в этом качестве. Всегда, даже когда совершаются под видом осуществления права.

Следовательно, злоупотребление правом является законным актом человеческого поведения. Все проблемы понимания правовой природы явления злоупотребления правом связаны с серьезными недостатками позитивного права, которые, в свою очередь, заключаются в абстрактности, неопределенности содержания закона и границах его применения. Этим недостатками и пользуются люди (субъекты права), реализуя, посредством вредоносного осуществления принадлежащих им субъективных прав, свои интересы в ущерб интересам других лиц и, тем самым, в ущерб обществу, государству.

В этом смысле установление государством запретов на конкретные варианты осуществления субъективных прав, которые используются управомоченными лицами в целях причинения вреда окружающим, является необходимым средством в борьбе с злоупотреблениями правом и устранением указанных серьёзных недостатков позитивного права. В связи с этим, в теоретическом и практическом плане, необходимо отличать злоупотребление правом, как формально правомерный акт человеческого поведения, состоящий в использовании лицом своего субъективного права, причиняющего вред другим лицам, обществу или государству, от правонарушения, являющегося ничем иным, как результатом нарушения установления запрета (как частного, так и общего) на совершение злоупотребления правом, поскольку в таком случае лица совершают известные действия за пределами своих субъективных прав.

В то же время не представляется правильным использовать термины «злоупотребление», «злоупотребление правом», «осуществление права» и «использование права» для обозначения преступлений, являющихся следствием установления запретов на злоупотребление правом. Правильно. Вывод о том, что деяние злоупотребление правом представляет собой правомерный акт человеческого поведения, может послужить основанием для пересмотра сложившихся представлений о злоупотреблении правом в отечественной юридической науке и совершенствовании положений российского и зарубежного законодательства, касающихся запрета злоупотребления правом.

В целом юридическую конструкцию запрета злоупотребления прав характеризуют следующие черты: 1) Исторически юридическая конструкция частного и общего запрета злоупотребления правом возникла, применялась и долгое время развивалась в сфере регулирования гражданско-правовых отношений. 2) В настоящее время случаи злоупотребления правом встречаются только в сфере гражданских правовых отношений, а проблемы существования злоупотребления правом приобретает, если не общеправовой характер, то, по крайней мере, — характер межотраслевой. 3) Юридическая конструкция общего запрета злоупотребления прав является плодом не только практической потребности в правовом регулировании случаев вредоносного осуществления права, но, в равной мере, также и плодом особой юридической культуры, характерной для романо-германской правовой системы.

8 стр., 3769 слов

Защита авторских прав. защита авторских прав

... законодательством ответственность несут не только те лица, которые незаконно используют объекты авторских прав, ... авторские права возникают у автора в результате создания своего произведения. 2. Защита авторского права 2.1 Права ... права. Как мы знаем, авторское право невозможно смешать с правом собственности. Право собственности в гражданском праве всегда связано с материальной вещью. Право по ... Совета РФ ...

2. ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕ ПРАВОМ: СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ

2.1 Последствия злоупотребления гражданским правом

В соответствии со статьей 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод любого человека не должно нарушать права и свободы других лиц, а государство обязано защищать граждан от посягательства на эти права. Запрет злоупотребления правом в различных формах и его правовые последствия направлены на реализацию этого принципа. В настоящее время злоупотребление правом отмечается в конституционной, семейной, трудовой, гражданской и других видах правовой деятельности, где действия субъектов связаны с осуществлением субъективных законных прав и интересов.

Обязательным критерием определения злоупотребления правом или законности поведения субъектов является закон. Следовательно, правовое злоупотребление имеет место, если субъект превышает норму, которая предоставляет соответствующее право, а также не принимает во внимание общественный интерес и не выполняет юридическое обязательство, соответствующее этому праву. Другими словами, любая форма злоупотребления — это использование принадлежащих лицу прав незаконными способами, противоречащими назначению права, либо с недозволенной целью, в результате чего наносится ущерб другим лицам. [12, С. 132]

Ответственность за совершение злоупотребления правом несут юридические лица, граждане, РФ, ее субъекты и муниципальные образования, приобретающие и исполняющие субъективные права и обязанности через свои органы власти. Гражданский кодекс РФ в статье 10 определяет запрет злоупотребления гражданским правом. Это относится ко всем указанным предметам, независимо от какой-либо причины. Тем не менее, только дееспособные лица несут ответственность за ее нарушение. Но иногда субъекты, состоящие из уполномоченных лиц, обладающих правоспособностью, действуют либо с определенной целью, либо без этой цели, только для того, чтобы нанести вред правам и интересам другого лица, но объективно причиняя ущерб. Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса определяет общие пределы осуществления гражданских прав, превышение которых квалифицируется как злоупотребление правом и представляет собой противоправное действие. Но, данные ограничения не влияют не осуществление гражданских прав.

37 стр., 18423 слов

Родительские права и их осуществление

... родительских прав; охарактеризовать отдельные виды родительских прав; исследовать особенности ответственности в отношении родительских прав: проблемы ограничения и лишения родительских прав. Объектом исследования являются социальные отношения, складывающиеся в процессе реализации и защиты родителями своих родительских прав. ...

общеизвестно, что в гражданском праве злоупотребления всегда совершаются умышленно. В результате определенных действий не всегда возникают негативные последствия. Сами по себе они не имеют правового значения.

К негативным последствиям правонарушений относятся: полный или частичный отказ суда от защиты права, а также другие меры, предусмотренные законом. Указание на иные меры, связано с тем, что обращение в суд с целью защитить свои права не является единственным применяемым способом.

Государство обязательно реагирует на правовое злоупотребление и это обозначено в пункте 2 статьи 10 ГК РФ, в котором предусматривается в качестве правовых последствий:

— отказать лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично. Эту санкцию можно субъективно отнести, например, к признанию отсутствия права, или к пресечению действий, нарушающих право, или вообще к прекращению правоотношения;

потребовать возмещение убытков;

применить другие последствия, предусмотренные законом.

За злоупотребление гражданским правом, могут быть установлены конкретные санкции, например, в антимонопольном законодательстве за случаи злоупотребления доминирующим положением на рынке.

Ответственность, связанная со злоупотреблениями гражданскими правами является полной и на правонарушителя могут возлагаться дополнительные обременительные меры, а санкция может быть ограничена возложением обязанности лишь в определенной части [14, С. 81].

Если отсутствуют конкретные санкции за какой-то вид злоупотребления гражданским правом, то применяется относительно определенная санкция в виде отказа в защите гражданских прав. Основными формами санкций могут быть: лишение прав на результат, достигнутый путем недозволенного осуществления права; лишение субъективного права в целом; отказ в конкретном способе защиты и т.д.

Юридическая литератугра предлагает несколько вариантов к определению правовой природы отказа в защите права. Некоторые авторы рассматривают отказ в защите права как меру правовой защиты, способ защиты права, гражданский штраф или меру юридической ответственности.

В юриспруденции правовая охрана подразумевает меры, направленные на предупреждение злоупотреблений, устранение их причин возникновения и создание условий для беспрепятственного осуществления прав. Правовая защита представляет собой принудительный способ исполнения плана правовой нормы, применяемый в законном порядке лолномочными органами для восстановления нарушенного права. Поэтому меры охраны применяют до нарушения субъективного права, а способы защиты после правонарушения [6, С. 262].

В юридической практике на протяжении длительного времени ведутся дискуссии о правовой природе отказа в защите принадлежащего лицу права. М. Н. Колтырин в своей работе утверждал, что отказ от защиты права является универсальной мерой и применим к любой форме правонарушений. Также в любой ситуации злоупотребления правом, если такое злоупотребительное поведение повлекло нарушение прав другого лица, такое лицо может требовать возмещения причиненных этим убытков. В случае же злоупотребления правом в форме совершения действий в обход закона с противоправной целью, указанные последствия применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены Гражданским кодексом РФ [12, С. 193].

Отказ в защите права часто проявляется в отказе в иске, лишении права, понуждении ответчика к совершению какого-либо действия или воздержанию от действия, а также в признании сделки недействительной.

Негативным последствием правонарушений является потеря материального права на судебную защиту субъективного гражданского права. Рассуждая об ответственности за правонарушения, мерах защиты и санкциях, О. А. Красавчиков утверждает: «Если закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, то разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне».

Большинство ученых придерживаются мнения, что для того чтобы лишить права в качестве санкции за злоупотребление гражданским правом, необходимо прямое указание на данное последствие в законе, чего в Гражданском кодексе нет.

Отказ лицу от защиты своего права по пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации означает только не согласие компетентного органа на применение способа защиты гражданского права, требуемого стороной для спор. Данная санкция применяется только при отсутствии вполне определенных санкций за совершение правого злоупотребления. Ранее отмечалось, что правонарушения могут проявляться в самых разных областях гражданского права. Если ответственность за факт злоупотребления правом установлена ​​специальной законодательной нормой, применяется эта норма. В тоже время обзор современной судебной практики доказывает, что в известной мере конкретная санкция в виде отказа в защите гражданских прав очень часто применяется в форме отказа в удовлетворении требований лица, вытекающих из принадлежащего ему права.’1огда очевидно, что во всех случаях применения санкции, предусмотренной в пункте 2 статьи 10 ГК, будет высокая степень судебного усмотрения. Суд, выявив факт правового злоупотребления, может отказать лицу в защите частично или полностью или принять иные меры, не противоречащие закону.

Тем не менее, в арбитражной практике применения судами статьи 10 ГК содержатся выводы о том, что отказ в защите права лицу, злоупотребившему гражданским нравом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено правовое злоупотребление. Таким образом, главной целью данной санкции

является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления.

Как видим, можно говорить о двойственной природе отказа в защите права, выступающего, с одной стороны, в качестве санкции для лица, злоупотребившего своим субъективным правом, а с другой стороны, — в качестве способа защиты прав потерпевшего от злоупотребительного поведения лица.

Поэтому предлагается рассматривать отказ в защите права как предварительную меру, которая смогла бы в дальнейшем использовать способы защиты прав потерпевшей стороной. Таким образом, в зависимости от результатов совершенного правового злоупотребления, суду необходимо опираться на определенные законы ГК РФ. [11, С. 122]

Смысл отказа в защите права в контексте статьи 10 ГК РФ состоит в том, что полностью лишить лицо воли действовать «злоупотребительным» образом государство не в состоянии, однако оно может лишить защиты внешние проявления такой воли с целью направить ее в правильное русло.

Из изложенного следует, что необходимо совершенствование статьи 10ГК РФ. Такие дополнения состоят в следующем:

отказ в защите права часто противоречиво толкуется в юридической практике, поэтому предлагается уточнить и определить в виде «отказа в применении способа защиты права»;

использование санкции в виде отказа в применении способа защиты права должно быть обязательным в судебной практике при доказательстве и обоснованности заинтересованными лицами факта злоупотребления правом.

В заключении следует отметить, что отказ в защите права является своего рода защитой от злоупотреблений средствами самого гражданского права, определенной мерой ответственности, имеющей особую значимость в рамках рассматриваемого правонарушения. Лучшим способом профилактики злоупотребления субъективным гражданским нравом будет его законодательный запрет, включающий дефиницию и признаки злоупотребления правом. В то же время это поможет снизить риск судебного беззакония.

2.2 Отказ в судебной защите гражданских прав как следствие злоупотребления правом

Как известно, граждане Российской Федерации с самого рождения имеют определенные права и обязанности, которые дополняются в процессе жизнедеятельности. В современном мире очень часто человек сталкивается с различного рода ситуациями, так или иначе ущемляющими его права. В связи с этим возникает необходимая потребность в защите своих законных прав. Защищать свои гражданские права это обязанность по отношению к собственному самосохранению, к самому себе. Защиту своих прав не следует рассматривать только как сферу деятельности специализированных правоохранительных и других государственных органов. В настоящее время существует несколько форм защиты гражданских прав: юрисдикционная, уголовно-правовая, административная, судебная и т.д. Более подробно остановимся на анализе судебной формы защиты. Судебная защита является самой массовой мерой разрешения различных видов конфликтов в гражданском обороте. Такая популярность судебных мер объясняется в первую очередь тем, что они применяются принудительно и осуществляются с применением всего аппарата государственной власти. Важно отметить, что судебная защита должна применяться для всех гражданских прав, ранее судам запрещалось отказывать в защите прав, ссылаясь на отсутствие соответствующего законодательства. В настоящее время за судом закреплено обязательство полностью или частично отказывать в своей защите права лица, но только в том случае, если он злоупотребил своим правом. В буквальном понимании термин «злоупотребление правом» означает использование права во зло, т.е. правомочное лицо, обладая субъективными правами и действуя в их пределах, наносит вред правам других лиц или обществу в целом. Среди ученых-юристов нет общепризнанного мнения по поводу юридической природы злоупотребления правом. Одни считают, что это некая разновидность противоправных деяний. Другие рассматривают его как самостоятельное явление, считая, что это новый вид правового поведения, который не относится ни к правомерному ни к противоправному. Такой точки зрения придерживался А.С. Шабуров, полагая, что субъект действует в рамках предоставленного ему субъективного права, следовательно, ни о какой противоправности не может идти и речи.

В юридической литературе также можно встретить еще одну точку зрения, согласно которой рассматриваемый авторами термин не имеет смысла. Осуществление собственного права не может носить противоправный характер, а, следовательно, не может быть злоупотреблением. На взгляд авторов, правы те ученые и авторы, которые склоняются к тому, что вся сущность злоупотребления правом состоит в осуществлении индивидом того или иного права в разрезе с его социальным значением. Исходя из вышеуказанного, можно сделать вывод, что на данном этапе развития науки гражданского права пока еще не выработалось четкого определения термина «злоупотребление правом», которое бы устраивало большинство авторов и в полной мере отражало действительность. Как уже было отмечено, в соответствии с Гражданским Кодексом Российской Федерации, ранее у судов была возможность по своему усмотрению отказать от судебной защиты независимо от мнений сторон и других участников процесса.

В настоящее время суд обязан отказать в защите злоупотребившему правом лицу, а также применить другие меры, предусмотренные законодательством. Данные положения регламентирует статья 10 ГК РФ, в которую не очень давно были внесены изменения, согласно которым лицо, чьи права были нарушены при злоупотреблении правом, может потребовать от нарушившего их лица возмещение причиненных этим убытков в полном объеме. Опираясь на результаты практической деятельности зарубежных и отечественных ученых можно отметить, что отказ в защите прав имеет двойное значение. Во-первых, при наличии определенных обстоятельств отказ может означать, что право больше никогда не будет охраняться — соответственно данного права больше не будет. Во-вторых, если брать во внимание только отдельный акт, как противоправное действие, то «замораживается» только лишь его проявление т.е., если идет речь о требовании, обращенного к другому лицу, то данное требование не будет удовлетворено, но зато право останется за гражданином.

Согласно приведенным суждениям, отказ в судебной защите гражданского права, может быть выражен не только в неудовлетворении некоторых требований, но и в полном прекращении права. Данное суждение, касаемо полного прекращения права, представляется несправедливым. Допускается, что гражданин в рамках определенного правоотношения может действовать не совсем добросовестно, но это не должно означать, что в будущих возникающих правоотношениях, с осуществлением того же субъективного права, он будет недобросовестен.

Данное суждение нарушает конституционные права гражданина, указанные статьями Конституции РФ. Вышеприведенный довод следует рассматривать лишь в узком смысле, понимая отказ от охраны права только в конкретных правоотношениях, но, никак не распространяясь на все права в целом. Если рассматривать отказ в защите права с широкой позиции, то тут можно отметить, что авторы изучили известную нам 10 статью ГК РФ, из этого можно усмотреть, что отказ сводится к неудовлетворению исковых требований управомоченного лица, и запрету применения, хоть одного из способов защиты права, если был выявлен факт злоупотребления. Здесь есть некоторое противоречие, отказ в защите права подразумевает под собой отказ в удовлетворении иска, а это значит, что суд откажет защищать права одного участника процесса, но готов будет защищать права другого участника судебного процесса, допустившего злоупотребление правом. До настоящего времени между специалистами в области юриспруденции ведутся дискуссии на тему правовой природы последствий злоупотребления субъективным гражданским правом, а именно, является ли «санкция» статьи 10 ГК РФ мерой гражданско-правовой ответственности. О.А.Красавчиков указал несколько подходов.

Первый подразумевает равнозначность терминов «санкция» и ответственность. Во втором подходе, гражданско-правовая санкция выступала как одна из видов гражданско-правовой ответственности. Третий подход имел противоположное направление второму подходу.

Считается, что правильным утверждением является то, что данную меру следует воспринимать как санкцию по аналогии с гражданским правонарушением и ответственностью, не верно, поскольку ее истинное и конституционное предназначение проявляется в защите и обеспечении прав и свобод граждан, которые пострадали или могут в дальнейшем пострадать от злоупотребления правом.

Опираясь на пункт 2 статьи 2 ГК РФ гражданское законодательство, как и все законодательство в целом призвано защищать неотчуждаемые права и свободы человека. Отказ в судебной защите является неким способом противодействия злоупотреблением права. Другие правосудные способы имеют, как правило, ретроспективный характер. Таким образом, можно предположить, что законодатель постепенно сводит институт злоупотребления субъективным гражданским правом к обычному правонарушению, что представляется неправильным.

Теряется особенность и специфичность исследуемого института, а как следствие теряется и смысл выделения отдельной нормы в ГК РФ, посвященной злоупотреблению правом. Тем самым, представляется, что указание на обязанность суда применить иные меры, в совокупности с отказом в защите права, а также возможность суда обязать лицо, злоупотребившее правом возместить убытки пострадавшей стороне не должно содержаться непосредственно в статье 10 ГК РФ.

Следует отметить, что в юридической литературе некоторые авторы характеризуют отказ в защите права, как санкцию относительно-определенную. Как известно, санкции правовых норм бывают абсолютно определенными, относительно определенными и альтернативными. В случае, когда у правоприменителя нет выбора в том, каков будет характер и размер последствий в отношении нарушителя, отметить об абсолютно определенном виде санкции. Если же характер и (или) размер последствий предусмотрен в норме при помощи установления отрезка, в рамках которого возможен выбор судьи, то санкция считается относительно определенной.

Наконец, при наличии в тексте санкции возможности выбора той или иной меры, речь идет об альтернативной санкции. При рассмотрении санкции статьи 10 ГК РФ в предыдущей редакции, где единственным последствием являлся возможный отказ в защите права, можно было бы отметить, что санкция носит относительно-определенный характер. Однако, учитывая тот факт, что в настоящее время суд обязан отказать в защите права лицу, злоупотребившему им, применить иные меры, предусмотренные законом, а также, в определенном случае, взыскать убытки с нарушителя, можно отметить, что санкция статьи 10 ГК РФ является промежуточной между относительно определенной и абсолютно определенной. В заключении хотелось бы указать, что актуальность темы злоупотребления правом, как и глобальный характер угроз, сопряженных с этим явление представляется безусловным.

Законодательство в Российской Федерации устроено таким образом, что одновременно может защищать личные права и свободы граждан и одновременно их подрывать. Современное право выступает как воплощение высшей ценности человека, оно может быть признано как уникальное достижение цивилизации и универсальным принципом жизни, но оно не является ценностью и не имеет собственных целей. Право не должно служить закону, и не законным интересам отдельных лиц, оно служит конституционно-подлинным ценностям.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, с одной стороны, российский законодатель ввел в ГК общую норму об обязанности субъектов гражданского оборота вести себя добросовестно, с другой, восприняв опыт судебной практики, определил заведомо недобросовестное поведение в качестве злоупотребления правом. В результате явной подмены злоупотребления правом недобросовестностью возникли основания для поиска критериев разграничения недобросовестного поведения, противоречащего общему принципу добросовестности, и «заведомо недобросовестного» поведения, не допустимого в рамках злоупотребления правом. При этом запрет злоупотребления правом в отличие от принципа добросовестности содержит указание на меры, которые суд вправе применить к нарушителю запрета. Как отмечалось выше, указанная подмена во многом связана с совмещением использованного зарубежного опыта. Правоприменительная практика предлагает примеры разграничения недобросовестного поведения и злоупотребления правом, построенного на критерии наличия самого субъективного права8 . Например, суд указал, что условие договора с энергоснабжающей организацией о том, что она имеет право в одностороннем порядке повышать тарифы на электроэнергию, не является добросовестным, однако право на такие действия у организации отсутствует в соответствии с Федеральным законом от 14 апреля 1995 г. «О государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации» [22].

Данный критерий свидетельствует о том, что закрепленного в п. 3 ст. 1 ГК Российской Федерации общего указания на добросовестность поведения достаточно для эффективного противостояния недобросовестному поведению в различных его формах. Однако запрет злоупотребления правом в отличие от принципа добросовестности содержит конкретные меры, которые суд вправе применить к нарушителю запрета.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

[Электронный ресурс]//URL: https://inauka.net/kursovaya/zloupotreblenie-pravom/

  1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 №51-ФЗ (ред. от 06.04.2011) // Собрание законодательства РФ. 1994. №32. Ст. 3301.
  2. Постановление Пленума Верховного Суда РФ №6, Пленума ВАС РФ №8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. №9; 1997. №5.
  3. Бердова И.А., Гинзбург И.В. Злоупотребление процессуальными правами в гражданском судопроизводстве // Мир науки и образования. 2017. № 2 (10).

    С. 2.

  4. Боловнев М.А. Злоупотребления процессуальными правами в российской судебной практике // Вестник Омского университета. Серия: Право. 2017. № 2 (51).

    С. 141-144.

  5. Вабищевич С.С. Злоупотребление правом и недобросовестное осуществление гражданских прав: соотношение понятий в гражданском праве и судебной практике // Актуальные проблемы гражданского права. 2017. № 1 (9).

    С. 26-42.

  6. Великая Е.В. Злоупотребление правом на защиту в судебном разбирательстве и способы его преодоления // Вестник Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации. 2017. № 5 (61).

    С. 105-110.

  7. Готыжева З.М. Злоупотребление процессуальными правами: проблемы и пути решения // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2018. № 1 (120).

    С. 166-172.

  8. Дебошева А.А. Соотношение категории злоупотребления правом со смежными правовыми категориями // Юридическая мысль. 2017. № 1 (99).

    С. 118-119.

  9. Доступ к полному тексту открыт
  10. Коробейникова М.С., Сальников М.В. Злоупотребление правом как коррупционное правонарушение // Ученые записки юридического факультета. 2017. № 44-45 (54-55).

    С. 91-96.

  11. Лешко А.А. Злоупотребление процессуальными правами в арбитражном процессе: причины и пути его преодоления // Устойчивое развитие науки и образования. 2017. № 1. С. 69-73.
  12. Мельников В.С. Понятие злоупотребления правом в гражданском праве // Международный академический вестник. 2018. № 1-1 (21).

    С. 76-79.

  13. Никифоряк В.М., Слепенок Ю.Н. Последствия злоупотребления гражданским правом // Современная наука и инновации. 2017. № 2 (18).

    С. 339-342.

  14. Нилов И.Л. Потребительский экстремизм как одна из новых форм злоупотребления гражданскими правами // Экономика, социология и право. 2017. № 3. С. 119-122.
  15. Пономарёв В.Г. К вопросу о дифференциации ответственности за злоупотребление правом в гражданском, арбитражном и административном процессе // Юридическая наука. 2017. № 6. С. 70-80.
  16. Потапенко Е.Г., Крестина Е.А. Отказ в судебной защите гражданских прав как следствие злоупотребления правом // Вопросы современной юриспруденции. 2017. № 1 (63).

    С. 17-22.

  17. Хисматуллин С.А., Бердегулова Л.А. Злоупотребление правом в рамках закона о защите прав потребителей // E-Scio. 2017. № 6 (9).

    С. 203-205.

  18. Червонюк В.И. Злоупотребление правом в сфере действия частного и публичного права // Вестник Московского университета МВД России. 2017. № 3. С. 166-170.
  19. Шабанов В.В. Злоупотребления гражданскими правами и их особенности // Евразийское Научное Объединение. 2017. Т. 3. № 12 (34).

    С. 181-183.